Глава 466. Способность видеть суть вещей •
Способность видеть суть вещей
Прошло несколько дней. Запущенные слухи распространились ещё шире, и, судя по всему, направление было очень даже благоприятным.
Но сам Аоба, оказавшись в эпицентре бури, предпочёл скрыться. Он почти перестал появляться на людях.
Никто не понимал лучше него: «Лучшее – враг хорошего».
Всё, что он готовил раньше, дало плоды. Даже не показываясь, он знал: найдутся те, кто поднимет флаг от его имени. А значит… главное сейчас – не высовываться.
Чем больше делаешь – тем больше ошибаешься. А не сделаешь – не ошибёшься.
Всё, что нужно было сделать, он уже сделал. Теперь главное – не оступиться. И тогда шансы на победу в этой «бескровной войне» – 50 на 50.
И дело не в скромности – он по-настоящему считал Джирайю грозным соперником.
Как говорится: «худой верблюд больше лошади», «даже с прогнившей лодки наберётся три цуня гвоздей».
Он был далёк от того, чтобы недооценивать Джирайю.
К тому же, его главное преимущество – не в медийной волне, а в нежелании Джирайи бороться за пост!
Джирайя, который оставался в стороне и заявлял, что не заинтересован в звании Хокаге, – вот его лучший шанс на успех!
В политике побеждает не тот, кто сильнее… а тот, кто устранил конкурентов.
Иначе как быть с «а вдруг»? В этом мире ничего не бывает на сто процентов.
Но прежде чем он сам решил навестить Джирайю… тот сам пришёл к нему.
***
После того как Конан подала чай, один взгляд её тут же «вежливо» попросил удалиться.
— Хмпф~
Похоже, девчушка в последнее время слишком с ним сблизилась, прочитала его характер, и та трусливая, застенчивая часть её натуры потихоньку исчезла. Уже позволяет себе коситься на него.
Вот тебе и «(всего) три дня (ребёнка) не бил и вот он (от безнаказанности) уже на крышу залез и срывает черепицу»!
Аоба жестом предложил Джирайе выпить чаю, а сам в голове прикидывал, как позже проучить эту непослушную мелкую.
Он ещё помнил, как в детстве за непослушание его самого клали поперёк коленки и…
После чашки чая, повисла лёгкая тишина.
Наконец, Джирайя нарушил молчание: — Честно говоря, пост Хокаге мне совсем не интересен. А вот ты – вызываешь у меня интерес.
Сказал бы это кто другой – Аоба плюнул бы ему в лицо. Но от Джирайи он принял это всерьёз.
Но не зная, зачем Джирайя вообще пришёл, он сдержанно пошутил: — Когда вы, Джирайя-сама, гремели на весь мир, я, возможно, даже ещё не родился. Так что, неважно, почему вы во мне заинтересованы, я уже могу этим хвастаться.
— Ха-ха, Синомия-сан, вы умеете пошутить. Вам же Хокаге скоро быть, зачем ещё и хвастаться?
— Судя по тону, Джирайя-сама настроен… уступить дорогу?
Джирайя кивнул: — Да. Изначально я вернулся только, чтобы отдать долг памяти Сарутоби-сенсею. Потом хотел отправиться в погоню за Орочимару. Старейшины меня уговаривали остаться, но мне этот пост ни к чему.
— Но только оставшись здесь, я смог стать свидетелем восхождения одного юного таланта.
— Когда я странствовал, не раз слышал твоё имя. Думал, всё преувеличено. Но по возвращении я слышал о тебе только хвалебные слова. Поэтому я специально изучил всё, что ты сделал – и да, ты таков, как говорят.
— Одарён, целеустремлён, местами порывист и дерзок, но в душе – преданный и искренний парень.
— Вы меня хвалите, Джирайя-сама? А я и не знал, что у меня столько достоинств, — с беззаботной улыбкой отозвался Аоба.
— Хвалю? Возможно. Но я заметил и нечто странное. Не мог бы ты прояснить кое-что?
Аоба кивнул, жестом приглашая продолжать, но в душе тут же насторожился — что именно тот заметил?
— Пропажа Данзо… она имеет к тебе отношение?
— Данзо-сама? Какое его отношение имеет ко мне? Надеюсь, вы не валите это на меня только потому, что мы конкуренты, Джирайя-сама?
Джирайя внимательно следил за его лицом. Хотя и не увидел ничего подозрительного, интуиция подсказывала – тут не всё чисто.
— Просто спросил. Но насколько я знаю, Данзо не раз пытался убрать тебя, даже отправлял убийц и чуть не погубил весь отряд Микавы. Неужели ты, при твоём характере, ни разу не думал о мести?
У Джирайи не возникало проблем с доступом к такой информации, тем более два старика-советника активно помогали копать компромат на Аобу.
Но Аоба был абсолютно спокоен. С гибелью Данзо он не имел никакой связи.
Это сделали «Акацуки». Они как-то связаны с ним?
Тогда он с «раздражённым» видом сказал: — Раз уж Джирайя-сама сам поднял этот вопрос… не буду скрывать. Да, я думал об этом. Но… у Данзо была слишком большая власть, а Сарутоби-сама его всё время прикрывал. Мне ничего не оставалось, кроме как смириться.
— Когда Данзо пропал, я вообще был в деревне. Я тогда пришёл к Сарутоби-сама, чтобы потребовать объяснений – и только тогда узнал, что Данзо уже покинул Коноху. Даже если бы я хотел что-то сделать, мне нужно было бы хотя бы знать, куда он ушёл. Да и на тот момент я даже не был джоунином. Несколько обычных бойцов Корня чуть не убили меня… Так что, Джирайя-сама, вы явно переоцениваете меня.
— Такое объяснение вас устраивает?
Джирайя кивнул. Это тоже был один из моментов, который не давал ему покоя: не вмешалась ли в дело какая-то иная, могущественная сила?..
Хотя это казалось ещё менее вероятным.
Может, это и вправду совпадение. Врагов у Данзо хватало.
Джирайя больше не стал цепляться за эту тему и перешёл к другой: — Учиха Итачи стал лидером клана. Не ты ли был у него в тени, направляя его?
Теперь Аоба действительно удивился. Джирайя только вернулся в деревню, а уже умудрился рассмотреть его след в давних событиях?
Эта проницательность… или интуиция? Пугающе точно.
Но признавать он этого, конечно, не собирался.
Поэтому он просто покачал головой: — Итачи всего лишь просил у меня небольшую помощь. Где уж там до стратегий.
Но Джирайя бросил на него пристальный взгляд. Он подозревал, что Учиха Фугаку и Хьюга Хиаша – не более чем «крыша», которую тот сам себе создал.
Всё это было подготовлено ради одного – стать Хокаге. Вот его настоящий план.
Хотя Джирайя с трудом верил, что этот, казалось бы, импульсивный юноша мог так хладнокровно и заранее выстроить такую большую игру.
Но впечатление от того собрания, дальнейшее изучение и размышления всё больше подталкивали к невозможному: этот «невинный» парень был куда опаснее, чем казался.
Так в чём же истина?
Постепенно, чувство тревоги засело в его сердце. Он не мог его стряхнуть, как ни старался… и всё больше думал.
Вот почему он сам и пришёл взглянуть в глаза и докопаться до истины.
Если окажется, что он переусердствовал с подозрениями, он без проблем отступит.
Но если с этим парнем действительно что-то не так – Джирайя был обязан разобраться до конца.