Глава 29 •
Его разбудил пронзительный вопль, раздавшийся в ночном небе.
Он... проснулся и вернулся?
[Задание получено → Битва при Огденборо — Победите новаррианцев и их союзников, когда они попытаются активировать и захватить древнюю военную машину под горой Кастариан]
Глаза Ородана расширились при виде этого сообщения.
Это было неправильно.
Он добился успеха!
Почему он вернулся?!
Раздражённый удар кулаком вниз разбил его кровать и выбил стены его лачуги, в результате чего всё здание рухнуло.
— Какого черта?! Я преуспел! Я победил! Я выполнил задание! Почему я всё так же вернулся?!
Его громкие вопросы, произнесённые в ночное небо, а также обрушение всей его лачуги привели к тому, что пришлось вызывать ополчение.
Конечно, прибывшая в ответ ночная смена смотрела на него с невероятной опаской и держалась на расстоянии.
Разрушение здания, даже если это лачуга, подразумевало как минимум уровень Адепта.
— Чего уставились?! — прорычал он на сержанта, который стоял съежившись.
Наконец, через тридцать минут прибыл конный отряд, и их капитан, Адепт, попытался арестовать его за нарушение порядка.
В результате капитан был отправлен в полёт через соседнее здание, как только поднял руку на Ородана.
Он просто стоял там в замешательстве и разочаровании, лихорадочно соображая, что именно от него хотят и кто вообще создал эти временные петли. Территория была очищена от всех некомбатантов, и вскоре хлопанье крыльев грифона возвестило о прибытии элитного отряда реагирования ополчения графства.
— Ородан Уэйнрайт! Я не знаю, как ты стал таким сильным! Сдавайся и иди с нами! С тобой будут обращаться дружелюбно, и это можно будет решить без дальнейших конфликтов! — крикнул капитан уровня Элиты верхом на коричневом грифоне. — Твоя новообретённая сила может открыть тебе множество дверей!
Казалось, даже он опасался оскорбить того, кто продемонстрировал силу, способную перебросить адепта через здание, да ещё в столь юном возрасте.
Но Ородан мог ответить только одно, так как в данный момент не хотел, чтобы его куда-то тащили.
— Тогда арестуйте меня, посмотрим, насколько силён Элитный отряд реагирования, — бросил вызов Ородан.
Затем он издал боевой клич, от которого грифоны запаниковали и вышли из-под контроля.
— Да будет так! Не вини меня за ту взбучку, которую ты сейчас получишь! Возможно, ты научишься хорошим манерам, и мы сможем работать вместе в будущем, после того как ты остынешь в комнате содержания! — сказал капитан Элит, и тогда Элиты бросились на него.
Элит ополчения было… недостаточно.
А эти дилетанты? Они даже не смогли пробиться сквозь его Железное тело.
На лице капитана элит появилось выражение неверия, а затем страха. Он и его подчинённые прекратили свои атаки, как только поняли, что это не оказывает никакого эффекта на Ородана.
— Найди кого-нибудь другого, — приказал Ородан.
И с этим словами капитан Элит был отправлен в полёт ударом кулака.
Элитный отряд реагирования просто улетел и после этого охранял периметр.
***
Спустя пятнадцать минут начали появляться люди, которых он никогда раньше не видел.
Мужчина в роскошной одежде и развевающемся плаще с символом пылающего меча. А за ним — члены Столичной гвардии.
— Приветствую тебя, друг! Я слышал, ты устроил переполох в моём графстве! Я бюргер Игнатиус Файрсворд, почему бы нам не поговорить мирно? Я не собираюсь подходить к тебе грубо, как некоторые из чрезмерно ретивые, но благонамеренных людей из ополчения, — спокойно и дружелюбно поприветствовал его мужчина. Ородан почти оказался под влиянием, несомненно, работа социальных навыков.
— Бюргер Игнатиус… Я вынужден отказаться. У меня сейчас много дел, и мне нужно время, чтобы обдумать ситуацию, в которой я оказался, — ответил Ородан из уважения к сердечности этого человека.
А главное, кто был ответственен за эти временные петли и чего именно они от него хотели?
— Хм... что ж, ты поставил меня в довольно щекотливое положение. Я не хочу обострять ситуацию, ты явно очень талантливый молодой человек, который, судя по отчётам, до этого был довольно посредственным. Ты пробудил Родословную или, может быть, был Благословлен? — спросил Бюргер. — Несмотря ни на что, я не могу сидеть сложа руки и смотреть, как терроризируют один из городов в моём графстве, даже если ты был милосерден и никого не убивал.
— Я не собираюсь причинять вред тем, кто меня не беспокоит. Мне просто... сейчас нужно время для себя.
— Хм… к сожалению, само твоё присутствие теперь представляет угрозу, учитывая то, что ты сделал. Нынешняя ситуация, к сожалению, заставляем меня побеспокоить тебя. Пожалуйста, я умоляю тебя пойти с нами, и мы сможем достать тебе всё, что ты захочешь, — сказал бюргер.
Поистине, разница в обращении и отношении была почти тошнотворной. Когда он был всего лишь Учеником в своей первой жизни, его бы избили и бросили в камеру предварительного заключения. Возможно, даже казнили бы, если бы он оскорбил кого-то слишком важного. Но теперь, когда он продемонстрировал боевую мощь, превосходящую среднюю Элиту? Даже бюргер Игнатиус Файерворд, который сам не был бойцом уровня Мастера, был вынужден действовать дипломатично.
— Извините, но нет. Я уважаю ваши манеры, Бюргер, но я должен почтительно отказаться. Шлите ко мне кого захотите.
И при этих словах на лице мужчины появилась грустная улыбка. Он казался добродушным дворянином и был признателен за то, что Ородан оказал ему должное уважение и не оскорбил его во время разговора.
Через десять секунд подошли капитаны столичной гвардии.
Основным требованием для вступления в Столичную свардию как в низший ранг был ранг Адепта. Капралы были средними Элитами, а Капитаны были почти Мастерами, обладающими редкими боевыми навыками.
Кроме того, многие члены Столичной гвардии часто служили в военных операциях неполный рабочий день. Было бы нехорошо тратить таких высокоуровневых воинов в качестве простых гвардейцев.
Итак, когда пятеро капитанов набросились на него, вся округа затихла, а после яростного обмена ударами стали о сталь он даже их отбросил назад.
Они были хороши, лучше, чем новаррианский элитный отряд, с которым он сражался, но их было меньше, и они всё равно не могли сравниться с ним, когда он был в пиковой форме в начале цикла.