Глава 192.4. Высвобождение демона

Возрождение злополучной супруги

Это место, казалось, было изолировано от всего мира, и оно совсем не было заражено дымом и огнём (1). Кажется, что как только кто-то войдёт в это место, он очистится, не оставив места сожалению в своём сердце.

Также в усадьбе Луян Цзян Жуань познакомилась с мастером Сяо Шао, мастером Ба Ци. Это был старик, который выглядит похожим на бессмертных. В отличие от даосского мастера Сюй Куна, который притворялся таковым, мастер Ба Ци действительно обладал отстранённым и неземным темпераментом. У него был мягкий характер. Когда Цзян Жуань играла с ним в шахматы, то уже имела возможность убедиться, что его ум ясен и изыскан. Мастер Ба Ци был человеком великой мудрости. Поскольку Ся Цин не сумел вывести яд из тела Цзян Жуань, он усердно практиковался в медицинских навыках в последние несколько дней. Молодой человек снова вытащил все медицинские книги, что хранились в усадьбе Луян на горе Цзянань. Желая восполнить недостаток академических навыков, он оставался в своей комнате весь день, не желая кого-либо видеть.

В это время Сяо Шао и Ци Фэн снова отправились на охоту, и только Цзян Жуань и мастер Ба Ци остались в огромной усадьбе Луян. Шахматная доска была изысканной, и мастер Ба Ци поднял чёрный камень, бросил его на доску и вдруг сказал:

– А Шао очень переживает из-за тебя.

Цзян Жуань подняла глаза на мастера Ба Ци, и мастер Ба Ци проговорил с лёгкой улыбкой:

– Девочка, смотри на шахматы, – выражение его лица было спокойным. Цзян Жуань не стала напрягаться слишком сильно, поэтому она протянула руку, взяла из фарфоровой чаши белый камень и положила его на доску, одновременно сказав:

– Я знаю.

– Нравится ли девочке А Шао? – спросил мастер Ба Ци. Было немного странно для старшего спрашивать младшего о подобных вещах, не говоря уже о том, что это был наставник Сяо Шао. Цзян Жуань не хотела скрывать что-либо от мудрого старика, сидящего перед ней, поэтому девушка с готовностью и без колебаний ответила:

– Он мне нравится.

– Старик принял в общей сложности девять учеников. Среди девяти учеников у А Шао самый холодный темперамент, – мастер Ба Ци поместил ещё один камень на доску, не поднимая головы, и его тон, казалось, был таким же длинным, как воспоминания: – Когда он обучался на горе Цзянань, то первоначально практиковал технику Цихуан. Даже если в Цзинь Ин Ван фу не было несчастного случая, он также много нёс на своих плечам. Хотя он приобрёл навыки Цихуан, он их не использовал. Я ценю это. На самом деле, он самый духовный ученик из всех. Девять учеников старика овладели девятью уникальными искусствами, – мастер Ба Ци улыбнулся и сказал: – Но потом что-то случилось с Цзинь Ин Ван фу, и А Шао встал на колени перед стариком, чтобы попросить научить его убивать, – он выглядел немного смущённым: – Темперамент А Шао не подходит для того, чтобы быть убийцей номер один в мире, и старик не согласился, – в тот день на горе Цзянань выпало много снега. Он стоял на коленях у подножия горы три дня и три ночи.

Рука Цзян Жуань на мгновение замерла, но потом снова стала раскладывать камни по доске. Она никогда не видела Сяо Шао таким, но для Сяо Шао несчастный случай в Цзинь Ин Ван фу должен был стать таким же камнем преткновения, как для неё стали несчастные случаи с Чжао Мэй и Цзян Синь Чжи. Она почувствовала ту же боль в своём сердце. Теперь Сяо Шао спокоен и сдержан, радости и гнева в нём не видно, казалось, что в нём вообще нет никаких эмоций. Даже если безразличие между бровями не будет поколеблено, но пока вы думаете о благородном мальчике, медленно приподнимающем уголки своей мантии, медленно опускающемся на колени в снег, падающий по всей горе, с прямой спиной, такой безмолвной картины достаточно, чтобы сердце пропустило удар.

– Позже старик согласился с ним. А Шао относится к себе сурово, потому что он может справиться даже с тем, что ему совсем не подходит. Он прожил с гвардией Цзиньи столько лет и никогда не произнёс ни слова горечи и обиды. Старик считает, что это его настойчивость. После стольких лет у него, казалось, больше нет слабостей, – он посмотрел на Цзян Жуань с улыбкой в глазах: – Девочка, ты первая, ты его слабость, – его руки вздрогнули и опустились, и игра на шахматной доске внезапно резко изменилась. Он сказал: – Однако старик очень рад, что ты можешь быть его слабостью, потому что таким образом он больше похож на «человека».

Цзян Жуань на мгновение замолчала, думая о следующем ходе, и лишь сделав его, продолжила говорить:

– Я не причиню ему вреда. Он мой муж. Если он когда-то попадёт в беду, не имеет значения, могу я это сделать или нет, я приложу все свои силы, чтобы помочь ему, – человек в прошлой жизни был добр к ней, и одного этого было более чем достаточно, чтобы она платила ему добром в этой жизни. Более того, он помогал Цзян Жуань снова и снова в этой жизни, и долгов перед Сяо Шао у неё теперь было более чем достаточно. Скорее всего, ей придётся платить по счетам всю свою жизнь, но это не имело значения. В конце концов, она уже связала себя и Сяо Шао вместе.

Мастер Ба Ци погладил свою бороду, быстро уронил очередной камень и сказал:

– Это из-за причин и следствий прошлой жизни девочка так сильно защищает А Шао?

_______________________

1. 沾染到烟火 (zhānrǎn dào yānhuǒ) – литературный перевод – место заражено дымом и огнём – это выражение состоит из двух частей. Первая «沾染» говорит о пороке, грехе, заразе, а вторая «烟火» является метафоричным описанием человеческой цивилизации, обжитых местах. То есть человеческой общество даже тут почитается как зараза и болезнь.