Глава 2351. Единодушное мнение •
.
– Если бы у американцев действительно были такие соображения, вы бы не столкнулись с настолько трудными обстоятельствами, – решительно сказал ректор Лю. – Если вы хотите, чтобы вас уважали, вы должны быть непреклонными. Вы не сделали ничего плохого.
– Тогда я чувствую себя увереннее, – улыбнулась Лу Ман, – и теперь я должна рассказать вам о поступке У Цзилиня.
– Что он сделал? – немедленно встрепенулся ректор Лу. У Цзилинь был студентом его академии.
– После того, как я преподала Говарду урок, У Цзилинь со мной не согласился и подошёл к Говарду, чтобы извиниться перед ним на глазах у всех, – сказала Лу Ман.
Ректор Лу сначала выглядел немного озадаченным, но, услышав такое, сразу помрачнел.
Лу Ман только что преподала Говарду урок, а У Цзилинь подошёл, чтобы публично извиниться перед Говардом. Что за ерунда!
– Как отреагировал Говард? – угрюмо спросил ректор Лу.
Он только что сказал, что им не нужно намеренно угождать американцам.
Если вы победили и доказали свою состоятельность, вы сможете заслужить уважение другой стороны.
До этого студенты из команды обмена постоянно подвергались травле. Разве это не потому, что американцы считали их слишком бесхребетными, принимая хорошие манеры китайцев за слабость?
Но после того как Лу Ман устроила одному из американцев выволочку, хотя они и были недовольны ею, они не проявляли неуважения именно потому, что Лу Ман была талантливой.
Кто-то из китайцев мог быть недоволен ею, но он должен был признавать её правоту и помалкивать.
Ваши собственные способности не позволили вам добиться успеха, и вы пошли на уступки и потеряли собственное моральное мужество, из-за чего чужаки стали относиться к вам ещё хуже.
Лу Ман насмешливо улыбнулась.
– Говард, конечно, очень разозлился на меня. Он даже решил, что я сыплю соль ему на рану.
– Ха! А этот решил, что он самый умный! – в ярости воскликнул ректор Лу.
Для У Цзилиня уже невозможно было скрыть испуг на лице, даже если бы он захотел.
– Но У Цзилинь не только не считает, что он не прав, но и настаивает, что неправы мы. Он мне в лицо заявил , что остальные члены команды не осмеливаются осуждать меня, и поэтому они молчат, – сказала Лу Ман. – Конечно, трудно судить, правда это или нет. Возможно, он прав, и я не имею права говорить, что то, о чём он думает, однозначно неправильно. В этом вопросе нелегко чётко разграничить правильное и неправильное.
– Нет ничего, что мы не осмелились бы осудить, – прямо возразила Чжан Сяоин.
Даже ректор Лю был немного удивлён тем, что Чжан Сяоин вдруг взяла на себя инициативу и вступилась за Лу Ман.
В конце концов, о том, что Чжан Сяоин и Лу Ман не в ладах друг с другом, было известно всем, кто интересовался сплетнями из мира развлечений. Об этом знали не только в Национальной киноакадемии.
Но теперь Чжан Сяоин вдруг приняла сторону Лу Ман.
Это показало, что, кроме У Цзилиня, все остальные были очень сплочёнными.
Подавление, с которым они сталкивались ранее, тоже оказалось не так уж бесполезно.
По крайней мере, это объединило китайских студентов как одно целое.
Остальные были единодушны, но У Цзилинь настоял на том, чтобы пойти против всех.
Он действительно ставил себя выше коллектива.
А вот гордая и высокомерная Чжан Сяоин, которая всё это время не ладила с Лу Ман, в критический момент смогла даже вступиться за неё.
Так это было ещё более убедительно.
– Да. Все мы высказали своё мнение. Мы также говорили У Цзилиню, что не можем настаивать на том, что он обязательно был неправ. Но его действия действительно нивелировали впечатление, которое произвела Лу Ман после того, как ей наконец удалось переломить ситуацию, – сказал Го Хай. – Я почувствовал, что из-за поступка У Цзилиня американские студенты стали относиться к нам ещё презрительнее, и считаю, что У Цзилинь навредил всей команде.
Тань Минсяо также высказал своё мнение.
– Я не понимаю одного – даже если У Цзилинь на самом деле уверен, что слова Лу Ман были неуместными, и просто хотел извиниться перед Говардом, разве он не мог сделать это наедине? Но он сделал это на глазах у всех. Это не показывает, насколько китайцы великодушны и вежливы как народ. Это просто плевок в лицо Лу Ман и выставление нашей команды в плохом свете. Никто из нас не пошевелился, только он выступил, потому что хотел показать, что он отличается от нас, что он разумный человек, а мы – нет.
.