Глава 4004. Влияние •
Нынешнюю человеческую цивилизацию невозможно было описать банальными словами «внутренние и внешние проблемы».
Нескольких мастеров царства Бессмертия было явно недостаточно: будь их вдвое больше, и то стало бы намного лучше. Сколько же мастеров царства Бессмертия у Непознаваемого? Насколько сильны цивилизации-ловцы?
Лу Инь огляделся. Ничего не осталось: земля была расплавлена, а вокруг в пустоте зияли рваные трещины.
Он приземлился на краю, не затронутом битвой, и стал ждать, надеясь, что объявятся бессмертные духи, хотя вероятность этого была крайне мала. Конечно, он также собирался попытаться найти их следы здесь: раз врата находились в этом месте, возможно, духи концентрировались вокруг них. Это было самое перспективное направление.
В этот момент завибрировал Камень Связи. Появилось изображение Великого Правителя:
— Что случилось?
До этого шум от битвы Лу Иня и Чжи был оглушительным, а грохот от тени синего меча — ещё мощнее.
Лу Инь не знал, что сказать. Он не ведал, что именно Великий Правитель узнала от Высшей Богини Цзин Мэнь и остальных, поэтому мог только попросить её расспросить обо всём саму Высшую Богиню Цзин Мэнь.
Великий Правитель презрительно фыркнула:
— Раньше ты просил меня о помощи, и я не отказала: мои люди уже отправились разбираться с теми, кто доставлял тебе неприятности. А теперь ты делаешь вид, что ничего не знаешь?
Лу Инь почувствовал неловкость:
— Я нашёл врата бессмертных духов.
Великий Правитель удивилась:
— Правда? И каков результат?
— Пришла Высшая Богиня Цзин Мэнь, поэтому я и прошу тебя спросить напрямую у неё. Вмешивалась именно она.
— Понятно. Напоминаю тебе: даже если ты нашёл врата, не стоит недооценивать бессмертных духов. То, что врата обнаружены, ещё не значит, что угроза ликвидирована. Уничтожение бессмертных духов — моё условие, но, полагаю, тебе уже всё равно.
— Конечно не всё равно! Это касается господина Цин Ляня, как мне может быть всё равно?
— Вот как? Раз не всё равно — превосходно, — бросив это, она разорвала связь.
Лу Инь убрал Камень Связи. Великий Правитель была первой, но точно не последней. Многие хотели знать, что произошло, но разглашать тайну было нельзя.
Теперь следовало понять, в чём разница между этой алой силой и божественной мощью. Он хотел выяснить, сможет ли он с помощью этой энергии выследить бессмертных духов.
…
В восточном регионе высилась гора, именуемая горой Погружения. На ней обитала семья, известная как клан Лилушань. Это был ничем не примечательный род — один из многих на земле Девяти Небес. Раньше они опирались на авторитет секты Весны и Осени, и никто не смел их трогать. Но сегодня их безжалостно изгнали с горы Погружения.
— Ха-ха-ха, не ожидали, клан Лилушань?! Нет, с сегодняшнего дня вам запрещено зваться родом Лилушань, иначе пеняйте на себя! Убирайтесь вон! — гремел победитель с вершины горы. Звуковая волна заставляла скалы дрожать и осыпаться вниз.
Толпа практиков на вершине победно рассмеялась.
У подножья несколько тысяч человек молча, с подавленным видом уходили прочь. Это была бывшая семья Лилушань, а ныне — жалкие изгнанники.
— Хм, этот клан Лилушань раньше, пользуясь поддержкой Весны и Осени, не раз притеснял соседей. Наконец-то мы поквитались, — злорадно переговаривались на горе Погружения.
— На этот раз три наши семьи объединили силы. То, что мы не перебили Лилушань под корень, уже можно считать великим милосердием.
— Не обольщайся: у них тоже остались свои козыри. Доведи мы их до края — и они бились бы насмерть, наши потери тоже оказались бы огромными. Вокруг рыщет полно волков, не стоит давать им шанс. Захватить гору Погружения — уже великолепный результат.
— Но что делать с главой семьи Лилушань? Неужели просто так отпустим его?
Эти слова заставили многих помрачнеть: этот старик был непростым человеком.
Постепенно процессия изгнанников скрылась за горизонтом.
Все несколько тысяч человек семьи Лилушань были одеты в лохмотья, многие несли на себе следы тяжёлых ран и непрерывно харкали кровью. Лишь несколько старых повозок медленно катились среди толпы, везя верхушку рода и одну странную спутницу.
Никто, включая захватчиков, не подозревал, что среди изгнанников находилась чужая женщина по имени Шуй Су.
— Кхе-кхе…
В повозке мужчина средних лет зашёлся кровавым кашлем. Это был глава семьи Лилушань.
Напротив сидела Шуй Су, встревоженно оглядываясь назад. Заметив, что погони нет, она с облегчением перевела дух.
— Не бойся, — слабо произнёс глава семьи. — Я ясно дал понять: если кто-то посмеет преследовать нас, я брошу все силы, чтобы забрать с собой в могилу хотя бы одну семью. Эти три клана боятся друг друга, они не станут рисковать.
Шуй Су кивнула, глядя на раненого мужчину:
— Потеряв гору Погружения, куда вы теперь направитесь, старший?
Тот тяжело вздохнул:
— Всегда найдётся пристанище. У каждой семьи есть запасной план, и мы не исключение. Пусть то убежище во сто крат хуже горы Погружения, но это лучше, чем ничего.
Шуй Су замолчала, опустив взгляд.
Мужчина пристально посмотрел на неё:
— Ты всё ещё не желаешь связаться с господином Лу?
Шуй Су беспомощно вздохнула:
— Старший, я ведь уже повторяла вам сотни раз: я встретила господина Лу совершенно случайно! Мы просто прошли вместе короткий отрезок пути, между нами нет никакой связи. Старший, зачем вы попусту тратите на меня время?
Мужчина загадочно улыбнулся:
— Возможно…
Шуй Су была в полном отчаянии: у неё действительно не было никаких отношений с господином Лу. Случайная попутка, мелкая сделка, да простая человеческая жалость с его стороны — вот и всё!
Недавно она проходила мимо горы Погружения, и клан Лилушань проявил такое навязчивое радушие, что уйти оказалось невозможно. Её не держали в цепях насильно: просто стоило ей сделать шаг к выходу, как дети клана валились на колени, рыдая, что за её уход старейшины переломают им ноги.
Так она и осталась с ними вплоть до катастрофы. Теперь ей приходилось бежать вместе с изгнанниками, ведь остаться одной было смертельно опасно — чужаки убили бы её без лишних слов.
Она поражалась упрямству главы Лилушань. Будь у неё хоть капля влияния на господина Лу, разве скиталась бы она по дорогам?
Воспоминания о времени, проведённом рядом с господином Лу, казались сном. Она и подумать не могла, что судьба сведёт её с такой фигурой: человеком, покорившим мечом четыре области, бросившим вызов Бессмертию, в одиночку сокрушившим цивилизацию Улья, убившим Повелителя насекомых и бившимся с Чаном до содрогания небес. Он был абсолютным номером один под царством Бессмертия!
Шуй Су совершенно не знала главу семьи Лилушань. Если бы знала, бежала бы от этой горы без оглядки.
Глава семьи Лилушань был крайне эксцентричным и расчётливым типом. В мире культивации он прославился как живая легенда интриг: когда-то клана Лилушань вовсе не существовало, был лишь безродный бродяга по имени Линь Цзе. Именно этот человек с нуля возвёл ничтожную семью до хозяев горы Погружения, заставив соседей трепетать.
Он держался не на силе совершенствования, а на холодном расчёте, подхалимстве и умении чуять перемены ветра. Ради дружбы с сектой Весны и Осени он однажды подстроил смертельную ловушку самому себе, позволив ученику секты спасти свою шкуру, а затем раздул этот случай до небес, выставив себя вечным должником праведников. Он демонстративно отдал секте всё родовое имущество, создав красивую легенду, и Весна и Осень взяли его под своё крыло, сделав неприкасаемым.
Однако его ослепила спесь: во время событий на Территории Мавзолея он по глупости нагрубил Лу Иню. К счастью, Линь Цзе вовремя смекнул опасность и отступил. Когда секту Весны и Осени показательно стёрли в порошок, он, поджав хвост, забился в нору на горе Погружения, выискивая нового покровителя. Заметив Шуй Су, он сразу вцепился в неё мёртвой хваткой.
Разве во всей Вселенной Девяти Небес существовала опора надёжнее Лу Иня?
Что с того, что раньше между ними возникло недоразумение? На Территории Мавзолея он всего лишь пытался купить стихи господина Лу — обычная ошибка! Линь Цзе не верил словам Шуй Су о разрыве связи: нужно было просто держать её подле себя, ведь искреннее усердие способно растопить любой лёд.
…
Через несколько дней изгнанники приблизились к парящему озеру. Солнечные лучи, проходя сквозь толщу подвешенной в воздухе воды, бросали на землю причудливые блики.
Линь Цзе строго предупредил: ни звука, проходить мимо молча и не поднимая глаз!
Эту территорию контролировал могущественный Водяной Клан. За заурядным названием скрывалась грозная сила восточного региона, перед которой пасовали многие: если Лилушань были лишь местечковыми князьками, то Водяной Клан стоял наравне с великими столпами. Они не пресмыкались перед Весной и Осенью — напротив, секта искала их расположения. Со временем они вполне могли бы стать второй семьёй Ло.
Однако прямо сейчас эта гордая сила столкнулась с неумолимой карой, исходящей от Холма Смерти.
В небесах полыхали росчерки мечей, во все стороны летели брызги плоти. Водная гладь затянулась алой плёнкой, и с парящего озера на землю закапал густой кровавый дождь.
Люди Лилушань оцепенели от ужаса: кто осмелился напасть на столь великий род?!
Линь Цзе выглянул из повозки и обомлел: он увидел главу Водяного Клана, который отчаянно и яростно вопил в небо:
— С каких пор Холм Смерти стал цепным псом этого сопляка Лу Иня?! Вы принадлежите Девяти Небесам, а не Небесному Началу! По какому праву вы режете наших людей?!
Линь Цзе похолодел: «Господин Лу?!»
Шуй Су тоже подняла глаза: сквозь толщу алой воды она различила старика, стоявшего на одном колене. К его горлу было приставлено лезвие клинка Лун Инь, главы третьего пика Холма Смерти.
Лун Инь с ледяным презрением смотрела на патриарха:
— Во время войны — очернять имя господина Лу; после победы — клеветать и сеять смуту, пытаясь настроить Юных Правителей против господина Лу… И ты смеешь заявлять, что делаешь это во имя Девяти Небес?
— Старик радеет исключительно за Вселенную Девяти Небес! — свирепо взревел тот. — Какое право выродок из ничтожной Вселенной Небесного Начала имеет помыкать Девятью Небесами?! Разве у нас перевелись собственные герои?!
— Твоя подлость лишь заставляет людей Небесного Начала ещё сильнее презирать наши земли, — в глазах Лун Инь вспыхнула жажда убийства. — Впрочем, разве тебя действительно волнует судьба Девяти Небес?
Она взмахнула рукавом, и стражи выволокли дряхлую старуху.
При виде неё лицо главы Водяного Клана стало мертвенно-бледным, а сама пленница повалилась на колени, сотрясаясь от рыданий.
Нескольких мастеров царства Бессмертия было явно недостаточно: будь их вдвое больше, и то стало бы намного лучше. Сколько же мастеров царства Бессмертия у Непознаваемого? Насколько сильны цивилизации-ловцы?
Лу Инь огляделся. Ничего не осталось: земля была расплавлена, а вокруг в пустоте зияли рваные трещины.
Он приземлился на краю, не затронутом битвой, и стал ждать, надеясь, что объявятся бессмертные духи, хотя вероятность этого была крайне мала. Конечно, он также собирался попытаться найти их следы здесь: раз врата находились в этом месте, возможно, духи концентрировались вокруг них. Это было самое перспективное направление.
В этот момент завибрировал Камень Связи. Появилось изображение Великого Правителя:
— Что случилось?
До этого шум от битвы Лу Иня и Чжи был оглушительным, а грохот от тени синего меча — ещё мощнее.
Лу Инь не знал, что сказать. Он не ведал, что именно Великий Правитель узнала от Высшей Богини Цзин Мэнь и остальных, поэтому мог только попросить её расспросить обо всём саму Высшую Богиню Цзин Мэнь.
Великий Правитель презрительно фыркнула:
— Раньше ты просил меня о помощи, и я не отказала: мои люди уже отправились разбираться с теми, кто доставлял тебе неприятности. А теперь ты делаешь вид, что ничего не знаешь?
Лу Инь почувствовал неловкость:
— Я нашёл врата бессмертных духов.
Великий Правитель удивилась:
— Правда? И каков результат?
— Пришла Высшая Богиня Цзин Мэнь, поэтому я и прошу тебя спросить напрямую у неё. Вмешивалась именно она.
— Понятно. Напоминаю тебе: даже если ты нашёл врата, не стоит недооценивать бессмертных духов. То, что врата обнаружены, ещё не значит, что угроза ликвидирована. Уничтожение бессмертных духов — моё условие, но, полагаю, тебе уже всё равно.
— Конечно не всё равно! Это касается господина Цин Ляня, как мне может быть всё равно?
— Вот как? Раз не всё равно — превосходно, — бросив это, она разорвала связь.
Лу Инь убрал Камень Связи. Великий Правитель была первой, но точно не последней. Многие хотели знать, что произошло, но разглашать тайну было нельзя.
Теперь следовало понять, в чём разница между этой алой силой и божественной мощью. Он хотел выяснить, сможет ли он с помощью этой энергии выследить бессмертных духов.
…
В восточном регионе высилась гора, именуемая горой Погружения. На ней обитала семья, известная как клан Лилушань. Это был ничем не примечательный род — один из многих на земле Девяти Небес. Раньше они опирались на авторитет секты Весны и Осени, и никто не смел их трогать. Но сегодня их безжалостно изгнали с горы Погружения.
— Ха-ха-ха, не ожидали, клан Лилушань?! Нет, с сегодняшнего дня вам запрещено зваться родом Лилушань, иначе пеняйте на себя! Убирайтесь вон! — гремел победитель с вершины горы. Звуковая волна заставляла скалы дрожать и осыпаться вниз.
Толпа практиков на вершине победно рассмеялась.
У подножья несколько тысяч человек молча, с подавленным видом уходили прочь. Это была бывшая семья Лилушань, а ныне — жалкие изгнанники.
— Хм, этот клан Лилушань раньше, пользуясь поддержкой Весны и Осени, не раз притеснял соседей. Наконец-то мы поквитались, — злорадно переговаривались на горе Погружения.
— На этот раз три наши семьи объединили силы. То, что мы не перебили Лилушань под корень, уже можно считать великим милосердием.
— Не обольщайся: у них тоже остались свои козыри. Доведи мы их до края — и они бились бы насмерть, наши потери тоже оказались бы огромными. Вокруг рыщет полно волков, не стоит давать им шанс. Захватить гору Погружения — уже великолепный результат.
— Но что делать с главой семьи Лилушань? Неужели просто так отпустим его?
Эти слова заставили многих помрачнеть: этот старик был непростым человеком.
Постепенно процессия изгнанников скрылась за горизонтом.
Все несколько тысяч человек семьи Лилушань были одеты в лохмотья, многие несли на себе следы тяжёлых ран и непрерывно харкали кровью. Лишь несколько старых повозок медленно катились среди толпы, везя верхушку рода и одну странную спутницу.
Никто, включая захватчиков, не подозревал, что среди изгнанников находилась чужая женщина по имени Шуй Су.
— Кхе-кхе…
В повозке мужчина средних лет зашёлся кровавым кашлем. Это был глава семьи Лилушань.
Напротив сидела Шуй Су, встревоженно оглядываясь назад. Заметив, что погони нет, она с облегчением перевела дух.
— Не бойся, — слабо произнёс глава семьи. — Я ясно дал понять: если кто-то посмеет преследовать нас, я брошу все силы, чтобы забрать с собой в могилу хотя бы одну семью. Эти три клана боятся друг друга, они не станут рисковать.
Шуй Су кивнула, глядя на раненого мужчину:
Тот тяжело вздохнул:
— Всегда найдётся пристанище. У каждой семьи есть запасной план, и мы не исключение. Пусть то убежище во сто крат хуже горы Погружения, но это лучше, чем ничего.
Шуй Су замолчала, опустив взгляд.
Мужчина пристально посмотрел на неё:
— Ты всё ещё не желаешь связаться с господином Лу?
Шуй Су беспомощно вздохнула:
— Старший, я ведь уже повторяла вам сотни раз: я встретила господина Лу совершенно случайно! Мы просто прошли вместе короткий отрезок пути, между нами нет никакой связи. Старший, зачем вы попусту тратите на меня время?
Мужчина загадочно улыбнулся:
— Возможно…
Шуй Су была в полном отчаянии: у неё действительно не было никаких отношений с господином Лу. Случайная попутка, мелкая сделка, да простая человеческая жалость с его стороны — вот и всё!
Недавно она проходила мимо горы Погружения, и клан Лилушань проявил такое навязчивое радушие, что уйти оказалось невозможно. Её не держали в цепях насильно: просто стоило ей сделать шаг к выходу, как дети клана валились на колени, рыдая, что за её уход старейшины переломают им ноги.
Так она и осталась с ними вплоть до катастрофы. Теперь ей приходилось бежать вместе с изгнанниками, ведь остаться одной было смертельно опасно — чужаки убили бы её без лишних слов.
Она поражалась упрямству главы Лилушань. Будь у неё хоть капля влияния на господина Лу, разве скиталась бы она по дорогам?
Воспоминания о времени, проведённом рядом с господином Лу, казались сном. Она и подумать не могла, что судьба сведёт её с такой фигурой: человеком, покорившим мечом четыре области, бросившим вызов Бессмертию, в одиночку сокрушившим цивилизацию Улья, убившим Повелителя насекомых и бившимся с Чаном до содрогания небес. Он был абсолютным номером один под царством Бессмертия!
Шуй Су совершенно не знала главу семьи Лилушань. Если бы знала, бежала бы от этой горы без оглядки.
Глава семьи Лилушань был крайне эксцентричным и расчётливым типом. В мире культивации он прославился как живая легенда интриг: когда-то клана Лилушань вовсе не существовало, был лишь безродный бродяга по имени Линь Цзе. Именно этот человек с нуля возвёл ничтожную семью до хозяев горы Погружения, заставив соседей трепетать.
Он держался не на силе совершенствования, а на холодном расчёте, подхалимстве и умении чуять перемены ветра. Ради дружбы с сектой Весны и Осени он однажды подстроил смертельную ловушку самому себе, позволив ученику секты спасти свою шкуру, а затем раздул этот случай до небес, выставив себя вечным должником праведников. Он демонстративно отдал секте всё родовое имущество, создав красивую легенду, и Весна и Осень взяли его под своё крыло, сделав неприкасаемым.
Однако его ослепила спесь: во время событий на Территории Мавзолея он по глупости нагрубил Лу Иню. К счастью, Линь Цзе вовремя смекнул опасность и отступил. Когда секту Весны и Осени показательно стёрли в порошок, он, поджав хвост, забился в нору на горе Погружения, выискивая нового покровителя. Заметив Шуй Су, он сразу вцепился в неё мёртвой хваткой.
Разве во всей Вселенной Девяти Небес существовала опора надёжнее Лу Иня?
Что с того, что раньше между ними возникло недоразумение? На Территории Мавзолея он всего лишь пытался купить стихи господина Лу — обычная ошибка! Линь Цзе не верил словам Шуй Су о разрыве связи: нужно было просто держать её подле себя, ведь искреннее усердие способно растопить любой лёд.
…
Через несколько дней изгнанники приблизились к парящему озеру. Солнечные лучи, проходя сквозь толщу подвешенной в воздухе воды, бросали на землю причудливые блики.
Линь Цзе строго предупредил: ни звука, проходить мимо молча и не поднимая глаз!
Эту территорию контролировал могущественный Водяной Клан. За заурядным названием скрывалась грозная сила восточного региона, перед которой пасовали многие: если Лилушань были лишь местечковыми князьками, то Водяной Клан стоял наравне с великими столпами. Они не пресмыкались перед Весной и Осенью — напротив, секта искала их расположения. Со временем они вполне могли бы стать второй семьёй Ло.
Однако прямо сейчас эта гордая сила столкнулась с неумолимой карой, исходящей от Холма Смерти.
В небесах полыхали росчерки мечей, во все стороны летели брызги плоти. Водная гладь затянулась алой плёнкой, и с парящего озера на землю закапал густой кровавый дождь.
Люди Лилушань оцепенели от ужаса: кто осмелился напасть на столь великий род?!
Линь Цзе выглянул из повозки и обомлел: он увидел главу Водяного Клана, который отчаянно и яростно вопил в небо:
— С каких пор Холм Смерти стал цепным псом этого сопляка Лу Иня?! Вы принадлежите Девяти Небесам, а не Небесному Началу! По какому праву вы режете наших людей?!
Линь Цзе похолодел: «Господин Лу?!»
Шуй Су тоже подняла глаза: сквозь толщу алой воды она различила старика, стоявшего на одном колене. К его горлу было приставлено лезвие клинка Лун Инь, главы третьего пика Холма Смерти.
Лун Инь с ледяным презрением смотрела на патриарха:
— Во время войны — очернять имя господина Лу; после победы — клеветать и сеять смуту, пытаясь настроить Юных Правителей против господина Лу… И ты смеешь заявлять, что делаешь это во имя Девяти Небес?
— Старик радеет исключительно за Вселенную Девяти Небес! — свирепо взревел тот. — Какое право выродок из ничтожной Вселенной Небесного Начала имеет помыкать Девятью Небесами?! Разве у нас перевелись собственные герои?!
— Твоя подлость лишь заставляет людей Небесного Начала ещё сильнее презирать наши земли, — в глазах Лун Инь вспыхнула жажда убийства. — Впрочем, разве тебя действительно волнует судьба Девяти Небес?
Она взмахнула рукавом, и стражи выволокли дряхлую старуху.
При виде неё лицо главы Водяного Клана стало мертвенно-бледным, а сама пленница повалилась на колени, сотрясаясь от рыданий.
Закладка