Глава 2316 •
Глава 2316. Таинственный Цзян Хуань
С простой улыбкой, лишенной грустных слез, опустились занавесы над вековой разлукой.
Ни один из братьев не мог скрыть своих сокровенных чувств.
Они чувствовали близость, которая бывает между кровными родственниками, на инстинктивном уровне. Цзян Чэню не требовалось сознание, чтобы убедиться в том, что человек по имени Цзян Ю — его брат во плоти.
Он долго искал потерянных брата и сестру, но по странному стечению обстоятельств Цзян Ю появился сам по себе. И что еще более странно, он стал богом!
Хотя это и было неожиданно, но повод для ликования имелся.
Цзян Чэнь никогда не сомневался, что однажды снова увидит своего брата. Но что, если, оставшись один, ребенок подвергнется столь жестоким испытаниям, что сама его природа станет извращенной, и между ним и его семьей возникнет разрыв, который невозможно будет преодолеть? Это единственное беспокойство, которое всегда не давало ему покоя.
Однако, несмотря на молчаливость, Цзян Ю, казалось, оставался чистым и добродушным. Цзян Фэн, Сюй Мэн и Сюй Цинсюань выскочили на улицу, как только услышали новости.
Цзян Хуань неловко потирал нос.
— Кажется, я здесь немного не к месту. Приношу свои извинения за то, что помешал вашему воссоединению.
Цзян Чэнь посмотрел на него, и на его лице промелькнуло едва заметное сомнение.
— Друг, какие у тебя отношения с моим братом?
Молчавший до сих пор Цзян Ю наконец заговорил:
— Он взял меня под свое крыло, когда я был ребенком. Я провел с ним последние сто лет.
На это объяснение семья Цзян посмотрела на ученого гораздо более мягкими взором.
— Моя величайшая благодарность, друг. Мы никогда не забудем твою доброту. Какое совпадение, что тебя тоже зовут Цзян! Возможно, пятьсот лет назад мы были выходцами из одной семьи! — с искренней благодарностью сказал Цзян Чэнь.
— Не только пятьсот. Возможно, мы действительно происходили из одной семьи несколько сотен тысяч лет назад. Вы так не считаете, молодой господин Цзян Чэнь?
Тонкий смысл, скрытый в словах Цзян Хуаня, поразил Цзян Чэня. Он многозначительно посмотрел на своего гостя.
— Дружище даос, ты, должно быть, тот, кто направил культивацию моего брата к несравненной божественности?
— Нет-нет, я вовсе не учил его. Точнее, он сделал только одну вещь. — ученый ответил с усмешкой, поразив семью Цзян.
— Что именно?
— Сдвинул гору. — ответил Цзян Ю, всегда отличавшийся лаконичностью.
Его родители, братья и сестры посмотрели друг на друга. Что это значит? Они потребовали от юноши более подробного объяснения. Цзян Фэн и его жена остались в некотором недоумении, а вот Цзян Чэнь был потрясен до глубины души.
В Цзян Хуане определенно было нечто большее, чем кажется на первый взгляд! Он закалил ум и нрав Цзян Ю, заставив его сосредоточиться на одном задании, и оставил после себя источник и плоды, которые невольно вознесли мальчика в божественное царство. По правде говоря, он казался способным на большие подвиги, чем сам молодой господин.
Цзян Чэнь почувствовал прилив восхищения этим человеком. Он и представить себе не мог, что в Божественной Бездне может обитать такая выдающаяся личность.
— В нашем мире действительно много сильных мира сего. Даос, ты, надо сказать, ведешь себя довольно скромно. Не желаешь ли зайти к нам на чашечку вина?
— Тогда простите за вторжение. — без лишней скромности согласился он.
Цзян Чэнь повернулся к родителям и сестре.
— Составьте компанию Цзян Ю, пока я буду развлекать нашего друга.
«Может, он и благодетель моего брата, но он настолько силен, что даже я не чувствую себя уверенно, выступая против него» — добавил он про себя.
Молодой господин чувствовал себя не совсем спокойно, оставляя свою семью рядом с таким могущественным человеком. Это была не паранойя, а просто осмотрительность того, кто прошел через испытания двух жизней. Нужно всегда помнить о возможных рисках.
Улыбаясь, он предложил гостю выпить:
— Еще раз благодарю тебя за праведные действия. Моя семья воссоединилась благодаря твоим благородным усилиям. Мне следует должным образом отблагодарить тебя за такой поступок.
Цзян Хуань одним глотком осушил свою чашку.
— Воссоединение семьи — это, конечно, хорошо, поэтому довольно грустно, что ещё одна семья разлучена».
Цзян Чэнь посмотрел на него с непонимающим выражением лица.
— Что ты имеешь ввиду?
— Ха-ха, да всё, что тебе угодно, молодой господин. — Цзян Хуань с мудрой улыбкой на губах выглядел совершенно спокойным.
Хозяин и гость наблюдали друг за другом, оба размышляя о чем-то своем. Цзян Хуань первым нарушил молчание:
— Молодой господин, ты, должно быть, близок к девятому уровню божественного царства?
Цзян Чэнь не ответил прямо.
— Твоя сила должна быть не хуже моей, если ты можешь видеть мое культивирование с первого взгляда.
— Ха-ха, я бы прожил сотни тысячелетий впустую, если бы моя культивация не могла сравниться с твоей.
В словах Цзян Хуаня было столько дерзости, что они потрясли молодого господина.
— Большую часть этого времени я спал, но в редкие моменты бодрствования следил за событиями в мире. Я уже забыл, сколько раз повторялся цикл сна и бодрствования. Сам мир превратился в сплошное пятно. Молодой господин, ты способен понять мое одиночество.
Опять двойной смысл. Но Цзян Чэнь оставался невозмутимым, не обращая внимания на эмоциональные вздохи своего гостя.
— Я прибыл в первобытную эпоху. Тогда земля была поистине бесплодной, если не считать первых обитателей. Затем наступила древняя эпоха, когда многие великие личности боролись за превосходство, до прихода демонических захватчиков и войны с ними за запечатывание демонов. Позже раздробленная Божественная Бездна вступила в долгий период упадка. И вот… не так давно я проснулся и обнаружил, что демоны уничтожены! Четыре священных зверя достигли зрелости? Похоже, день, которого я так долго ждал, наконец настал! — Цзян Хуань разглагольствовал как сумасшедший, в его глазах появился загадочный блеск.
Цзян Чэнь напряженно нахмурился. В нескольких коротких фразах он, казалось, ощутил бесконечный ход времени, стал свидетелем взлета и падения мира с первобытной эпохи до наших дней.
От его гостя исходила аура изнеможения. Неужели этот человек был старше самой истории Божественной Бездны?
— Священные звери уже выросли, но тогда, когда я принес их сюда, они были щенками. Некоторые ещё даже не вылупились. В этой секте также есть Дерево Амарантовой Облачной Росы, и оно, полагаю, уже принесло плоды?
Его голос был тихим, но казалось, что при его словах медленно скрипят колеса истории.
Это был необъяснимо странный разговор, который привел Цзян Чэня в замешательство. Божественные звери перестали считаться секретом, а вот Дерево Амарантовой Облачной Росы он держал глубоко в запретных землях дворца, скрывая его под иллюзиями и обманом. Мало кто знал о его существовании.