Глава 159. Шинигами против Шинигами! (Часть 1-2) •
Любовь такова.
Она может разбить сердце доброму и миролюбивому ребенку, ввергнув его в пучину отчаяния и развязав войну, способную охватить весь мир.
Она может заставить самого выдающегося ниндзя-медика в мире страдать от гемофобии.
И она же может подтолкнуть самого рассудительного человека к «импульсивным» и «глупым» поступкам.
Пожертвовать Кушиной, чтобы положить конец буйству Девятихвостого, несомненно, было лучшим решением. Но любовь толкнула Минато, человека, славившегося своим хладнокровием, на безрассудный шаг.
«Я не могу просто смотреть, как ты умираешь, Кушина».
Минато нежно коснулся щеки Кушины: – «Я исполню твое желание. Я запечатаю оставшуюся у тебя чакру в Наруто. Когда он вырастет и соприкоснется с твоей чакрой, вы сможете встретиться».
«Что же до Девятихвостого, это мой долг как Хокаге. Предоставь это мне».
«Минато…».
Глаза Кушины расширились, и она возразила: – «Нельзя! Ты сейчас не в том состоянии… Погоди, Минато, ты же не хочешь…!».
«Нет, ни в коем случае!».
«Ты нужен Конохе, ты нужен Наруто, вы нужны всем! Ты не можешь так поступить!» – воскликнула Кушина. – «Мы оба знаем, какова цена использования Поглощающей Печать Мёртвого Демона. Я не могу допустить, чтобы Наруто в первый же день своей жизни потерял и мать, и отца! Ты не можешь так с ним поступить!».
«К тому же, ты Хокаге! Коноха не может остаться без тебя!».
«Но какой смысл мне жить без тебя?» – Минато с нежностью смотрел на неё. – «В деревне есть Третий. Да, Наруто будет нелегко, но я верю, что о нем позаботятся».
«В «Сказании о Совершенно Бесстрашном Шиноби» Джирайя-сенсей писал, что только закаляя свою волю и дух, можно стать по-настоящему сильным. Мы назвали его Наруто, чтобы он принесв земли шиноби. Я верю, что Наруто – дитя пророчества, о котором говорил учитель. Я верю, что он сможет стать героем, о котором писал учитель!».
«Но, но…» – Кушина не находила слов.
Отцы и матери смотрят на вещи по-разному.
Кушину не волновало, станет ли Наруто «героем». Она лишь хотела, чтобы он был счастлив, прожил долгую и спокойную жизнь, женился на хорошей девушке и жил в мире.
«И еще…» – в глазах Минато блеснула решимость. Складывая печати, он твердо произнес: – «Девятихвостый слишком важен для Конохи. Если мы поступим, как ты предлагаешь, Коноха навсегда его лишится!».
«Я – Хокаге Конохи. Я несу ответственность за деревню и страну!».
Вместе с его словами и действиями, появилось несколько фигур. Возглавлял их Третий Хокаге, подоспевший последним.
«Эта печать…» – Хирузен, увидев печать в руках Минато, содрогнулся и воскликнул:
«Поглощающая Печать Мёртвого Демона!».
Тихий возглас, и из тела Минато вырвалась зловещая чакра.
В следующее мгновение появилось бледное, почти бесплотное существо, которое быстро уплотнилось за его спиной, приняв форму белого демона.
В зубах он сжимал клинок, а в бесплотной руке держал четки. От него исходила леденящая аура, проникавшая в тело Минато. Казалось, еще мгновение, и клинок разрубит его душу!
«Ради будущего Наруто, ради будущего Конохи» – Минато мельком взглянул на подоспевшего Хирузена, с непоколебимой решимостью на лице. Сложив руки в печать, он произнес: – «…Я запечатаю Девятихвостого в Наруто, вместе с нашими чакрами».
«Тогда, в будущем, мы сможем увидеть, каким вырос Наруто».
«Минато…» – Кушина не хотела мириться с этим. Она не хотела, чтобы ее муж умирал, ведь это означало не только потерю любимого, но и то, что ее сын станет сиротой!
Но она ничего не могла поделать.
Как сказал Минато, он был Хокаге. На нем лежал долг, ответственность за деревню, и у него не было выбора!
Он был…
Четвертым Хокаге!
«Я начинаю» – тихо сказал Минато, резко увеличивая поток чакры.
Вместе с чакрой изменился и Шинигами за его спиной.
Словно почуяв запах свежей души, Шинигами, как Орочимару, возбужденно высунул язык. Он сжал в руке клинок, а вторую руку медленно поднял, погружая ее в тело Минато и хватая его душу.
Призыв Шинигами, независимо от результата, требовал жертвы – души призывателя.
Душа оказалась в плену, и Минато ощутил странный холод. Но сейчас было не до этого. Ему нужно было использовать призванную силу, чтобы запечатать Девятихвостого!
«Вперед, Шинигами!».
Повинуясь его воле и чакре, Шинигами поднял руку, используя тело призывателя как проводник, и потянулся к цели.
Минато застонал, ощущая, как холод пронзает его живот. Рука Шинигами, невидимая для других, устремилась к Девятихвостому и впилась в него.
«Черт! Проклятый Четвертый Хокаге!».
Девятихвостый, ощутив, как его тянет неведомая сила, увидел ужасающее существо, парящее за спиной Минато. Он яростно взревел, пытаясь сопротивляться. Но Кушина, пусть и из последних сил, удерживала его своими цепями. Ценой своей жизни, она не давала лису вырваться.
Не имея возможности сбежать, Девятихвостый оказался в ловушке Шинигами. В следующее мгновение его бледная душа была извлечена!
«Давай, Девятихвостый!».
«Запечатать!».
Взгляд Минато был тверд. Он выкрикнул, управляя Шинигами, чтобы тот силой запечатал половину души Девятихвостого, вместе с его чакрой, в собственное тело.
Жар разлился по его животу, и, казалось, нечто ужасное проникло внутрь, готовое разорвать его изнутри.
«Какая тяжелая чакра…» – Минато стиснул зубы, используя остатки своей чакры, чтобы подавить половинку хвостатого зверя. На его животе проступил узор печати.
*Звон!*
Послышался звон падающих цепей. Потеряв половину себя, Девятихвостый уменьшился, и цепи ослабли.
«Неужели все-таки решился…».
Увидев это, Третий Хокаге помрачнел. Он знал цену этой техники и понимал, что ждет Минато.
За ним подоспели еще несколько ниндзя Конохи. Один из них спросил: – «Но Девятихвостый еще здесь. Пусть он и стал меньше, но его не запечатали?».
«Нет, Минато хочет не просто избавиться от Девятихвостого. Он хочет, чтобы его Джинчурики остался в Конохе!».
Третий Хокаге понял замысел Минато и вздохнул: – «А новый сосуд для Девятихвостого… это тот ребенок!».
Сил Минато и Кушины не хватило бы, чтобы полностью запечатать Девятихвостого в Наруто. Дело было не только в их слабости, но и в том, что Наруто было бы невероятно сложно контролировать такого монстра.
Если бы Джинчурики вышел из-под контроля, Коноху и Наруто ждали бы ужасные последствия.
Поэтому Минато решил забрать половину чакры и души Девятихвостого. Это ослабляло лиса, но давало Наруто и деревне больше шансов на выживание. Но проблема была в том, что они были слишком слабы, чтобы завершить задуманное.
Хирузен хотел вмешаться, но невидимый барьер преграждал ему путь.
«Барьер…».
Внутри барьера Минато, превозмогая боль от проникновения Девятихвостого, с трудом поднял руку, сложил печать и хлопнул по земле. Появился жертвенный алтарь с горящей свечой, предназначенный для младенца.
«Теперь Печать Восьми Триграмм…».
Девятихвостый с высоты наблюдал за происходящим. Увидев, что Минато положил Наруто на алтарь, он пришел в ярость: – «Жертвенный алтарь… Проклятый Четвертый, ты хочешь снова меня запечатать, да еще и в этом щенке?!».
Потеряв половину своей силы, лис отчаянно сопротивлялся, выставив острые когти из-под пут цепей.
Внизу Кушина закашлялась, не в силах сдержать хлынувшую к горлу кровь. Она была на пределе, и сопротивление Девятихвостого подрывало последние остатки ее сил, не давая завершить технику.
«Кушина!» – Минато с тревогой в голосе бросился к ней.
Но в этот миг Девятихвостый, собравшись с силами, нанес удар, целясь в Наруто, лежавшего на жертвенном алтаре!
*Вжух!*
Время, казалось, замерло. Кровь брызнула во все стороны, но когти Девятихвостого остановились прямо перед Наруто.
Капли крови, сорвавшиеся с когтей, упали на беззащитное тельце младенца. А преградой на пути когтей стали Минато и Кушина!
Их тела приняли на себя удар, предназначенный Наруто, и только благодаря этому он остался жив.
«Кхм… кхм…» – Кушина закашлялась, кровь текла у нее изо рта, но на лице сияла улыбка.
«Наверное, в этом и заключается… долг родителей… Наруто…».
Минато нежно обнял Кушину, и на его лице тоже появилась улыбка: – «Да, долг родителей… Осталась последняя печать, Восьми Триграмм … Кушина, боюсь, нам больше не суждено увидеться. Скажи все, что хочешь сказать…».
«Наруто…».
«Эта сцена очень трогательна, но, боюсь, мне придется ее прервать».
Внезапно прозвучал голос внутри особого барьера. Три фигуры в белом, к изумлению присутствующих, прорвались сквозь барьер и оказались внутри.
Знакомый голос и необычная форма одежды заставили Минато и Кушину вздрогнуть, а Хирузен и остальные за барьером потрясенно уставились на незваных гостей.
«Эта форма…».
«Сейрейтей! Проклятье, что им нужно?! Неужели они хотят заполучить Девятихвостого?!».
«Черт, нужно их остановить!».
Если бы удалось полностью запечатать Девятихвостого, все было бы не зря. Пусть Минато и Кушина пожертвовали собой, но у деревни остался бы хвостатый. Но если его похитят, да еще и враги воспользуются моментом, чтобы нанести еще один удар…
«Юки Ёру…».
Минато с трудом поднял голову. Ёру, с которым он совсем недавно был в Стране Железа, теперь стоял перед ним в Конохе!
Увидев, как одеты его спутники, а также Хозуки Генгецу, который по-свойски помахал ему рукой, Минато окончательно растерялся.
Он закашлялся, кровь хлынула у него изо рта. Казалось, Шинигами за его спиной вот-вот разорвет связь между его душой и телом, оборвав жизнь Минато.
«Похоже, Сейрейтей и правда под твоим контролем… Зачем ты пришел сюда сегодня…».
«Что, боишься, что я воспользуюсь моментом, захвачу Девятихвостого и разрушу Коноху?» – усмехнулся Ёру. – «Пусть Девятихвостый и представляет некоторую ценность, но не заблуждайся. Если бы я хотел, я бы давно мог это сделать, и мне не нужно было бы ждать этого момента».
«Тоже верно…» – Минато, обессиленно дыша, помрачнел. – «Твоя сила… давно вышла за пределы моего понимания…».
«Эй, умение трезво оценивать себя – это важно. Не зря же ты победил Орочимару на выборах Хокаге» – Ёру одобрительно посмотрел на него и добавил: – «Не переживай, я здесь не из-за вас. Можешь продолжать, я не стану мешать».
«Не из-за нас…» — Минато задумался, пытаясь понять, что происходит. Он вспомнил слухи о Сейрейтей, ходившие по миру Шиноби.
Не Девятихвостый и не они с Кушиной. Что же тогда в этом месте могло привлечь внимание такого монстра, как Юки Ёру?
Стоп, неужели!
Глаза Минато расширились. Пусть это и казалось маловероятным, но, отбросив все невозможное, оставшееся и будет правдой. Его взгляд проследовал за взглядом Ёру. Тот смотрел не на него и не на Девятихвостого, а прямо за его спину!
«Неужели… ты видишь Шинигами…» – потрясенно выдохнул Минато.
Шинигами – это особые существа. Владыки душ, невидимые для обычных людей. Кроме заклинателя, и тех, на кого она была направлена, никто, включая Кушину, не мог видеть его. Но взгляд Юки Ёру…
«Шинигами…».
Ёру смотрел на зловещую фигуру, парившую за спиной Минато. Ему даже не требовался анализ, система уже нетерпеливо подавала сигналы.
[Обнаружено особое духовное тело: «Шинигами». Активировано побочное задание]
[Задание 1: Успешно уничтожить особое духовное тело «Шинигами». Награда: 5 000 000 очков.]
5 миллионов очков. Это говорило о невероятной силе духа Шинигами. Но система определила его как проводника из Чистой Земли, а не как владыку или управляющего.
«Интересно…».
Ёру пристально смотрел на цель, а тот, словно почувствовав его взгляд, повернулся к нему и его спутникам.
И не просто повернулся, а, словно получив дозу допинга, поднял руку, которая начала бесконечно удлиняться, и потянулся к троице!
«Что?!».
Минато был потрясен.
Он не управлял Шинигами, чтобы атаковать Ёру. Выходит, Шинигами действовал по своей воле.
Юки Ёру мог заставить Шинигами атаковать по собственной инициативе? Как такое возможно?!
Обычные люди не знали, но Минато, владевший техникой, кое-что понимал о Шинигами.
В этом мире Шинигами – это высокомерный бог смерти, безразличный ко всему земному. Неважно, насколько ты силен, сколько у тебя чакры, молод ты или стар, ему это безразлично.
Его интересует только душа!
Отдай душу, и ты сможешь заключить сделку с ним. В этом суть техники Поглощающей Печати Мёртвого Демона. Без души, что бы ты ни делал, Шинигами не станет тебе помогать.
А из-за особенностей живых существ, тот не реагирует на них. Только душа, все дело только в душе!
Иными словами…
В голове Минато молниеносно пронеслись мысли, и он потрясенно выдохнул: – «Юки Ёру, неужели ты уже…».
«Хе-хе».
Ёру не ответил ему, а лишь смотрел на приближающуюся руку Шинигами.
Рука, словно у Луффи, могла бесконечно удлиняться. В мгновение ока она достигла его, но затем, неожиданно, обогнула его и устремилась к Хозуки Генгецу и Шисуи!
Это застало спутников Ёру врасплох, и им пришлось использовать Поступь, чтобы увернуться.
«Эй, приятель, это не я тебя провоцирую, я-то тут причем?!» – Генгецу, появившись в стороне, с раздражением посмотрел на Шинигами. – «Я тебе говорю, не испытывай мое терпение! Я, знаешь ли, в бою не подарок!».
«Идиот, этот Шинигами реагирует только на души» – объяснил Шисуи. – «Для него Ёру, в этом гигае, ничем не отличается от обычного человека, поэтому тот его игнорирует. Но мы – другое дело. Мы – души, слитые с природной энергией. Для него мы как маяки в ночи!».
«Чёрт возьми!».
«Вы же Шинигами. Неужели вам не хочется потягаться с вашим коллегой из этого мира?» – усмехнулся Ёру. – «Это редкая возможность. Чистая битва духовных сил, а не сражение, где духовная сила подавляет чакру.»
«Тц!» – Генгецу недовольно цокнул языком, но признал, что Ёру прав. Это был уникальный шанс отточить свои навыки.
«Ты или я?» – спросил он у Шисуи.
«Давай ты» – Шисуи покачал головой. Он не хотел сражаться в Конохе…