Глава 197. Отколотый уголок ширмы •
Глава 197. Отколотый уголок ширмы
.
Цинь Юйжу не пошла бы на эту сделку, если бы знала об этом. В прошлой жизни она позволила Нин Цайсянь стать наложницей мужа, потому что у неё не было другого выбора. Что касается того, почему Нин Цайсянь вместе с Цинь Юйжу подставили её, то это было ясно как божий день.
Цинь Юйжу хотела что-то получить, и у неё не было других альтернатив, поэтому она решила вытерпеть это и оставить все как есть, поскольку это было незначительно по сравнению с завоеванием благосклонности графини Юн. В любом случае, Нин Цайсянь была твердо нацелена выйти замуж в поместье графа Юн, что бы ни случилось.
Мадам Ди была в курсе этой ситуации. Учитывая, что мадам Ди стремилась уничтожить её, она, естественно, использовала бы любой шанс, который смогла бы найти. Поскольку Нин Цайсянь вынашивала дурные намерения против Цинь Юйжу, ничто не мешало мадам Ди использовать её в собственной игре!
Поскольку няня Чжоу несомненно могла уже намекнуть этой кузине, что именно она, Цинь Ваньжу, была причиной того, что Ди Янь и она не могли быть вместе, Нин Цайсянь определенно попытается напасть на неё, проникнув в поместье, чтобы узнать больше информации о Цинь Ваньжу и тайно опорочить её. Цинсюэ, шахматная фигура, помещенная ранее в её двор, действительно оказалась полезна в этой ситуации!
Хотя Цинь Ваньжу была ещё мала, люди, которые ей служили, будь то Юйцзе или Цинъюэ, всегда оставались ей верны. Единственным человеком, который был рядом с ней, но оставался наивным и глупым, была Дун Сюээр!
– Барышня, что будете делать с Дун Сюээр? – Что-то, казалось, пришло в голову Юйцзе, и она с жалостью сказала: – Тётушка Дун всегда была верна вам, а Дун Сюээр – её единственная дочь!
Цинь Ваньжу опустила голову, скрывая, что в её глазах появился холодный взгляд!
Карета прибыла к поместью генерала Нинъюаня, въехала в боковые ворота и остановилась на стоянке. Цинь Ваньжу вышла из кареты и в сопровождении Юйцзе направилась к бабушке во внутренний двор сада Синнин.
Перед тем как покинуть поместье, она поручила Цинъюэ сообщить старой мадам Цинь о своем выезде в город. Теперь, когда она вернулась из поездки, она должна лично отчитаться перед бабушкой, что уже дома. Так совпало, что ей было о чём расспросить старую мадам!
Прежде чем она пришла в двор Синнин, она заметила множество ширм, выставленных за воротами внутреннего двора бабушки. Они были разных форм и размеров, но все примерно одинаковой высоты. Глядя на эту живописную картину, Цинь Ваньжу невольно замедлила шаг.
Куча служанок деловито чистила ширмы. Одна из них первой заметила Цинь Ваньжу и поспешила сообщить об этом няне Дуань, которая вскоре появилась у ворот и поприветствовала Цинь Ваньжу глубоким поклоном.
– Зачем бабушка собрала здесь так много ширм? – изумленно спросила Цинь Ваньжу, растерянно уставившись на красивые перегородки. – Не думала, что в нашем поместье имеется так много ширм.
– Все эти ширмы мадам Ди позаимствовала в поместье графа Юн. Мы должны дать банкет в нашем поместье, но наш главный зал недостаточно велик для приема всех гостей. Господин генерал и старая мадам обсудили этот вопрос и решили, что лучше всего провести банкет в саду. Погода в это время года всегда держится хорошая. В нашем поместье есть поляна в саду, где посажены цветы османтуса, благоухающие золотистой корицей, и это также очень живописное место в поместье!
Няня Дуань ладонью вытерла пот со лба и продолжила:
– Однако иногда налетающий ветерок может быть прохладным. Ширмы предназначены для защиты от ветра, поэтому старая мадам решила использовать их, чтобы отгородить место, которое было бы одновременно открытым и красивым.
– Все эти вещи доставили из поместья графа Юн прямо сюда? – Цинь Ваньжу, не спрашивала, почему ширмы не были отправлены во двор Шуй Жолань.
Цинь Ваньжу знала, что, поскольку эти вещи были из поместья графа Юн, их ни за что не передали бы в руки Шуй Жолань, а отправили бы их прямо сюда. С одной стороны, это было сделано для того, чтобы старая мадам Цинь оценила богатство поместья графа Юн, а с другой стороны, это должно было прояснить позицию поместья графа Юн. Такой жест родительского дома мадам Ди – это не просто вопрос убийства двух зайцев одним выстрелом.
– Все эти ширмы из поместья графа Юн, но только что... – беспомощно пожаловалась няня Дуань, указывая на крайнюю ширму, – только что я обнаружила, что у той ширмы отколот уголок рамы! Боюсь, теперь нам будет слишком неловко возвращать эту ширму в таком виде.
– Повреждение? Кто это сделал? Уголок отбили слуги из поместья графа Юн или это сделали слуги нашего поместья? – Глаза Цинь Ваньжу вспыхнули недобрым светом, когда она начала собранно задавать вопросы, разбираясь в ситуации.
– Простите, барышня, старая рабыня этого не знает. Только что все носились вокруг как угорелые. После того как грузчики доставили ширмы, все перемещения и уборка означали, что во дворе было много людей, которые входили и выходили. Мы действительно не можем выяснить точно, кто это сделал. В любом случае, учитывая, что это произошло в нашем поместье, мне придется пойти доложить об этом мадам Ди и ждать ее решения!
Няня Дуань вздохнула. Последним человеком, которого старая мадам Цинь хотела бы видеть послом, была мадам Ди. Однако хозяевам поместья графа Юн не понравилось бы, если бы кто-то другой, кроме мадам Ди, сообщил им об этом, даже если дело не стоило выеденного яйца.
Цинь Ваньжу молча подошла к поврежденной ширме.
Это была ширма из восьми панелей, на которых были изображены времена года – весна, лето, осень и зима. Каждый сезон был нарисован на двух панелях, и ширма получилась на самом деле очень красивой. На картинах среди цветов, листьев и снежинок улыбались красавицы, наполовину скрытые ветвями живописных деревьев.
На фоне остальных ширм эта выглядела очень достойной. Неудивительно, что старая мадам Цинь так беспокоилась.
Кроме того, мадам Ди сейчас была наполовину под домашним арестом. Старая мадам очень неохотно отпустила бы ее в поместье графа Юн.
Учитывая характер главной невестки, старушка в глубине души опасалась, что та вполне способна создать еще одну волну проблем.
Отколовшаяся часть рамки была на углу правой панели. Самый видный угол был отколот. Несмотря на то, что отколовшийся кусочек находился достаточно высоко, повреждение было таким явным, что сразу бросалось в глаза.
Эта ширма, несомненно, была безвозвратно испорчена. Кто из аристократических семей использовал бы сломанную вещь, если только не хотел унизить себя?
Цинь Ваньжу протянула руку, чтобы провести пальцем по кривой трещине на раме, прищурилась и с затаенной надеждой спросила:
– Кто из хозяев привез эти ширмы сегодня?
– Сын графа Юн! – ответила няня Дуань, не понимая, к чему этот вопрос.
– Где он сейчас? – снова задала вопрос Цинь Ваньжу.
– Когда он приехал, то сразу пошел засвидетельствовать свое почтение мадам Ди. Я не уверена, где он сейчас – у мадам Ди или у старшей барышни! – немного подумав, рассудительно ответила няня Дуань.
Няня Дуань была очень занята делами во дворе, а Ди Янь – частый гость, поэтому она не утруждала себя расспросами о его точном местонахождении.
Няня Дуань была застигнута врасплох её решением, поэтому немедленно попыталась остановить её, сказав:
– Барышня, я думаю, для вас будет разумнее оставить старой мадам разобраться с этим делом!
Няня Дуань очень хорошо знала о злых намерениях мадам Ди по отношению к Цинь Ваньжу, а также о том факте, что Цинь Ваньжу стала поперек горла всему поместью графа Юн. Если позволить маленькой хозяйке отправиться в поместье графа Юн с извинениями, графиня Юн, без сомнения, воспользовалась бы возможностью как можно сильнее унизить эту девочку!
– Няня Дуань, не переживай за меня. Я барышня не только поместья Цинь, но и барышня поместья генерала, который единолично управляет частной армией Нинъюань! – Цинь Ваньжу слегка многозначительно улыбнулась и намеренно упомянула свой статус, успокаивая обеспокоенную старушку.
У няни Дуань на мгновение перехватило дыхание. Она сразу поняла, что Цинь Ваньжу намерена подчеркнуть высокий статус дочери «генерала Нинъюаня».
Поместье Цинь теперь было не просто поместьем семьи Цинь Хуайюна – оно принадлежало генералу Нинъюаня. Хотя их семья пока была не такой могущественной, как поместье графа Юн, но никто никогда не мог сказать наверняка, что произойдет в будущем. По крайней мере, никто из аристократов не станет обижать придворного сановника, которому благоволит сам император.
– Но, барышня, семья графа Юн тоже не рядовой клан в столице! – напомнила маленькой хозяйке няня Дуань, всё ещё чувствуя беспокойство.
Дело не в том, что она смотрела на Цинь Ваньжу свысока. На самом деле, после стольких событий, няня Дуань сама не заметила, когда перестала относиться к этой девочке как к ребёнку, который ничего не смыслит в жизни.
Тем не менее, поместье графа Юн был девичьим домом мадам Ди, и в то время как другие семьи не посмели бы испортить отношения с поместьем генерала Нинъюаня, это не относилось к поместью графа Юн.
– Няня Дуань, я не думаю, что это проблема. Кроме того, мне, возможно, не обязательно будет ехать с извинениями в поместье графа Юн. Сначала я пойду поговорю об этом деле с наследником Ди, – сказала Цинь Ваньжу и мягко улыбнулась, пытаясь успокоить няню Дуань.
Рамы ширм изготовляют из очень твёрдых пород дерева и отбить лишь край уголка – это нужно было очень постараться. Цинь Ваньжу никогда не сталкивалась с таким случаем, как отколовшийся уголок прочной рамы.
Хотя неправильное обращение могло привести к вмятинам или царапинам на дереве, но довольно маловероятно, что случайный удар мог привести к отколу только уголка рамы ширмы.
В этом случае было нетрудно разгадать намерения поместья графа Юн. К тому же она как раз собиралась найти повод нанести визит в поместье графа Юн, чтобы повидаться с Нин Цайсянь, на вид нежной и слабой юной девушкой, которая была там очень частой гостьей.
Сначала Цинь Ваньжу хотела расспросить старую мадам Цинь о некоторых делах, касающихся поместья графа Юн, чтобы узнать, есть ли какой-нибудь шанс, что она сможет встретиться с Нин Цайсянь. Она даже немного удивилась, что нужная возможность так быстро представилась ей.
Цинь Ваньжу скрыла холод в глазах и снова мягко улыбнулась няне Дуань.
– Хорошо, но если вам не удастся уладить это с ним, тогда, барышня, вам следует сообщить об этом старой мадам, прежде чем решать, что делать дальше! – Хотя няня Дуань уже согласилась, она все равно с тревогой предупредила Цинь Ваньжу, потому что всё ещё сильно нервничала.
– Не переживай, няня Дуань! – кивнула Цинь Ваньжу в ответ, потом бросила еще одни взгляд на отколотый край уголка ширмы и с отсутствующим выражением лица направилась в свой двор в саду Чжифан Сюань.
Поскольку она решила действовать дальше сама, ей необходимо было подготовиться и по-другому принарядиться.
Вернувшись к себе, Цинь Ваньжу приказала кормилице Юй и Цинъюэ срочно узнать, где сейчас Ди Янь, пока она готовилась выйти.
Переодевшись, Цинь Ваньжу посмотрела на себя в зеркало. Густая челка свободно падала на лоб, прикрывая изящные брови маленькой девочки, которая собрала волосы в две высокие гульки, воткнув в них пять причудливых тяжелых шпилек. Ее волосы были украшены жемчугом и нефритовыми бусинами настолько, что одна только ее голова была похожа на пёструю бабочку.
Она выбрала платье цвета водяной лилии. Недавно она начала быстро тянуться вверх, так что переросла все платья, которые не так давно сшила на заказ. Всего несколько дней назад старая мадам Цинь прислала ей несколько новых нарядов, но на этот раз она все равно решила надеть старую одежду, которую сшили раньше. Этот наряд был ей уже немного коротковат – не только юбка, но и подол верхнего халата. Даже манжеты рукавов были заметно короткими.
В тот момент, когда её лицо было частично закрыто челкой, оно сразу же стало выглядеть как будто лоснящимся и грязным. В сочетании с этим платьем она выглядела в глазах окружающих невзрачной и неприметной, вызывая чувство, что она не следила за собой.
Действительно ли это хорошая идея – так вульгарно одеться, учитывая, что поместье Цинь считался в столице семьей-выскочкой?
– Барышня, это… Вы на самом деле сами на себя не похожи! – строго сказала Юйцзе, посмотрев на свою маленькую хозяйку.
Ей было особенно досадно из-за того, что эта девочка так тщательно скрыла свою несравненную красоту.
– Это то что надо! – Цинь Ваньжу удовлетворенно поправила рукава.
Теперь она выглядела как настоящая одиннадцатилетняя провинциалка. Из-за того что она выросла из этой одежды, это сделало её больше похожей на наивную простушку, которой ещё не исполнилось два раза по шесть лет. С первого взгляда любой подумал бы, что смотрит на самодовольного кичливого ребёнка.
Она выглядела не только как дитя, но и глупенькой, с неряшливым видом.
На неё действительно неловко смотреть!
Более того, с кучей заколок и украшений её голова выглядела как ваза с цветами, что было откровенным проявлением дурного вкуса и ничего, кроме презрения, не вызывало!
У Юйцзе было ощущение, что любой, кто сейчас увидит её маленькую хозяйку, будь то мужчина или женщина, почувствует отвращение от такой нелепой внешности. Люди определённо пришли бы к выводу, что её хозяйка либо со странностями, либо того хуже, глупая провинциалка, которая не знала, как элегантно одеваться, но хотела принарядиться!
Тем не менее, эта реакция служанки очень удовлетворила Цинь Ваньжу. Она ещё рз посмотрела на себя в зеркало, где увидела маленькую нелепую выскочку, вызывающую презрение, и на её лице появилась улыбка!
Великолепно, она выглядела абсолютно отталкивающе!
– Барышня, слуги нашли наследника Ди. Я... – Как только занавеска в её комнате была поднята, из-за двери донесся голос Цинъюэ. Однако горничная осеклась, когда увидела наряд Цинь Ваньжу. Потрясенная до глубины души, она столбом застыла на месте!
.