Глава 49.2 - Сушёная рыба •
Когда малыш увидел, как Ю Цюцю делала щенка из травинки, он не смог ничего с собой поделать.
Мальчик подошёл к Ю Цюцю и смело предложил:
— Давай поиграем.
— Давай, — ответила Ю Цюцю и подарила мальчику «щеночка».
Какое-то время мальчик изучал подарок, затем он попросил Ю Цюцю:
— Можешь научить меня? Взамен я научу тебя складывать тысячи бумажных журавликов.
Сперва Ю Цюцю захотелось рассмеяться. Мальчик показался ей забавным. К тому же он знал, что за услугу нужно предлагать равноценный обмен.
— Хорошо.
Итак, мальчик подвинул свой маленький стульчик ближе к Ю Цюцю, и они начали учиться делать игрушки своими руками.
Дун Тяньтянь: «...»
Она искренне не понимала. Как Ю Цюцю не скучно с детьми? Как она так терпеливо общается с ними?
Сама Дун Тяньтянь никогда особенно не любила детей и считала их слишком шумными. А самое главное, что этот малыш совсем не похож на её родственников. Если они напоминали изящных кукол, то он больше походил на грязную обезьянку.
Ю Цюцю не только продолжила общаться с мальчиком, но, казалось, они оба получают удовольствие от совместного времяпрепровождения.
Сперва, хозяйка сильно удивилась, узнав, что её сын завёл разговор со знаменитостью. Она подняла брови и жестом велела мальчику быстро уйти, но её остановил режиссёр со словами:
— Пусть поиграют.
Они всего лишь дети.
В его глазах Ю Цюцю и Фан Шубай тоже были детьми из-за молодого возраста.
Режиссёр программы посчитал, что из этого может выйти очень интересная сцена.
Ю Цюцю показала маленькому мальчику, как из травинки гребенника смастерить собачек и не забыла напомнить:
— Теперь твоя очередь. Научи меня складывать бумажных журавликов.
Мальчик побежал домой за бумагой. Он использовал черновики для решения домашней работы. К ним также присоединился Фан Шубай, и вот они уже втроём учились складывать бумажных журавликов.
Дун Тяньтянь: «...»
Она тихо прошептала:
— Святая простота.
Ма Цзюань обратилась к Дун Тяньтянь:
— Хочешь тоже пойти поиграть?
Дун Тяньтянь взяла помидорку черри:
— …Я устала и не намерена играть.
Ма Цзюань видела, что девочке на самом деле хотелось присоединиться к веселью, но она почему-то сдерживала себя.
Пока они складывали тысячу бумажных журавликов, Ю Цюцю разболталась с мальчиком:
— У тебя есть какая-нибудь мечта?
Как только она произнесла эти слова, вмешался Фан Шубай, состроив кислую мину:
— Старшая сестра, ты только недавно стала учителем, а уже спрашиваешь подобные вопросы таким тоном?
Ю Цюцю: «...»
Может ли она попросить выключить его микрофон?
Мальчик ответил:
— Я хочу стать врачом!
На его лице сияла робкая улыбка, а глаза засияли. Звучал он очень серьёзно.
Стать врачом.
От уверенного тона мальчика Фан Шубай перестал смеяться.
Даже оператор, постоянно ходивший за ним, был тронут. В наши дни восемь из десяти детей мечтают стать врачами.
Фан Шубай почесал затылок:
— Вообще-то… Я тоже хотел стать врачом.
Да, ещё один доктор среди нас.
На этот раз Дун Тяньтянь не могла остаться в стороне. Наконец-то она нашла тему для разговора, к которой могла присоединиться:
— А я хочу стать пианисткой, — гордо подняв голову, ответила она.
Она уже исполнила свою мечту.
— А ты, старшая сестра? — Фан Шубай обратился к Ю Цюцю.
Да, они ждали, что же она скажет.
Ю Цюцю: «...»
Теперь она пожалела, что начала всё это. Зачем она спросила? Она словно выстрелила самой себе в ногу!
***
Когда Ю Цюцю училась в начальных классах, учитель задал им написать сочинение на тему «Моя мечта». Ю Цюцю поняла, что у неё нет конкретного ответа, так что она просто описала, какую жизнь она хотела бы, когда вырастет.
Итак, Ю Цюцю загадала серьёзное желание: когда она вырастет, у неё будет много денег, большой дом и красивая одежда, а ещё она каждый день будет спать, сколько влезет, пока сама не захочет проснуться.
Эта работа отличалась от сочинений учеников с высокими идеалами. После этого Ю Цюцю пригласили в учительскую на чай.
Учитель:
— Цюцю, это ты написала такое сочинение? Ты не упомянула в нём профессию мечты.
Ю Цюцю, с начальной школы обладавшая темпераментом Будды, процитировала конец своей работы:
— Я буду спать, пока сама не захочу проснуться.
Учитель:
— …Но спать, сколько влезет, это не профессия.
Тогда малышка Ю Цюцю спросила в лоб:
— Тогда… Можно вообще не иметь никакую профессию?
Очевидно, Ю Цюцю была лентяйкой до мозга костей. Она хотела лишь есть и ждать смерти. Немногое изменилось с тех пор, как она повзрослела.
Разумеется, когда Ю Цюцю стала взрослой, она поняла, почему глаза учителя тогда были такими потрясёнными и беспомощными.
Сейчас, конечно, неуместно рассказывать о своих детских идеалах на всю страну.
И даже перед детьми.
Так что Ю Цюцю, на которую были устремлены все взгляды, указала на небо и сказала:
— Солнце взошло.
Оранжевый свет на горизонте почти померк, а на небе появилась бледная луна.
Все посмотрели в направлении горизонта.
Фан Шубай понял, что задумала Ю Цюцю, и хотел выразить своё недовольство.
«Детёныш Цю, ты хоть представляешь, насколько неэффективен твой способ сменить тему?»
***
День прошёл без происшествий, но ночью всё изменилось.
Дун Тяньтянь побежала наверх после лёгкого перекуса вместо ужина.
За последние пару дней девочка плохо вписалась в компанию, поэтому никто не стал убеждать её спуститься. Однако после ужина зона отдыха на втором этаже наполнилась шумом.
— У Дун Тяньтянь сильный жар.
Ю Цюцю ещё не спала в это время и услышала, как перед её дверью появился встревоженный сотрудник и объявил новость.
У Дун Тяньтянь внезапно поднялась температура. Возможно, это из-за того, что девочка в первый раз снималась в варьете-шоу, и, к тому же, её напугали гуси.
Все приняли участие. Естественно, Ю Цюцю не могла оставаться в комнате одна.
— Вы отвезёте её в больницу? — Ю Цюцю услышала, как переодевшаяся Ма Цзюань задала вопрос.
В этом сезоне программы «Время отдыха» у них более удобные условия для жизни, чем в прошлый раз. Больше личного пространства, у каждого отдельная кровать, однако теперь в спальню Дун Тяньтянь входило и выходило много людей.
Там же был режиссёр программы. Он ответил Ма Цзюань:
— Кажется, проблема не такая серьёзная, жар понемногу спадает.
Ю Цюцю оглядела толпу. Нос Дун Тяньтянь был красным, как и глаза, словно она недавно плакала.
Обычно во время съёмок ассистенты и агенты знаменитостей жили не с ними. Но у команды организаторов были особые договорённости насчёт проживания, так что Цзян Тао обустроили неподалёку. Ю Цюцю каждый день слышала, как Цзян Тао хвасталась самыми разными блюдами, которыми её угощали хозяева. А Ю Цюцю приходилось постигать тонкости жизни в деревенском доме… Она была не очень счастлива этому.
Однако из-за срочной ситуации с Дун Тяньтянь, у которой поднялась температура, её агента тоже вызвали в дом, что было обычным делом.
Её агент сейчас был очень занят.
— Тяньтянь, что с тобой? Ты плохо себя чувствуешь?
Дун Тяньтянь покачала головой.
— Если тебе правда нехорошо, скажи прямо, и мы отвезём тебя в больницу, — порекомендовала её агент.
Режиссёр программы тоже согласился. Каким бы важным ни было шоу, люди для него всегда на первом месте. Если состояние Дун Тяньтянь серьёзное, то её сейчас же нужно положить в больницу.
Но что бы ни спрашивала агент, Дун Тяньтянь продолжала качать головой и плакать ещё сильнее.
Только позже Дун Тяньтянь с трудом призналась, глотая слова:
— Я хочу есть…