Глава 260.2. Правда розы (2) •
У Франсии был инструмент, который мог призвать паладинов к ней. Однако она сражалась в таком же яростном бою рядом с Ленагом. Во время этой ожесточенной битвы она не может пользоваться своими инструментами. Очевидно, что с течением времени дела станут только хуже.
— Но ты должна выслушать.
Бесчисленные мечи кружили около Чейзера. Я знала, такой была форма Акилы, когда он становился оружием. Этот голос, что ласково звал меня, больше не казался добрым.
— Как и обещал, я не вмешался в твои дела, а ты получила то, чего желала. Разве же ты не спасла Алую розу?
Мечи кругом Чейзера стянулись в одно место. К Рикдориану, который мчался сюда, отмахиваясь от них.
— Рикдориан!
Я удивилась, увидев его, но, к счастью, Рикдориан легко отбился от мечей Чейзера. Однако он злился, словно не мог не дать оттолкнуть себя.
Тем временем Рикдориана накрыла тень. В мгновение ока кругом стало полным-полно теней, куда более черных, чем те, что окружали Франсию и Ленага.
— Если все оставить как есть, Алая роза вернет себе изначальный отрезок жизни. Если вскоре к нему вернется вся его сила, он сможет без всякого ущерба стряхнуть с себя эти тени. Все, как ты хочешь, разве нет?
Он хотел что-то мне сказать, давая Рикдориану восстановиться? Я вообще не понимала цели этого человека.
— Какого дьявола ты хочешь!
— Чтобы ты вернулась в свой родной мир.
А теперь он собрался вернуть меня домой? Хотя это он по своей воле привел меня сюда?
Я не могла понять хода его мыслей. Конечно, я и пытаться не хотела.
— Яна, этот алтарь и магический круг, которого ты коснулась, как мне кажется, то место, что исполняет желания Голубой розы. Иными словами, это место, воплощающее силу Голубой розы.
Чейзер говорил ленивым, но спокойным тоном. Однако из-за опасной голубой дымки невозможно было передвигаться быстро.
Казалось, будто кругом дует ветер, похожий на холодный нож.
— Тем временем Черная роза сотрудничала с императорской семьей и проводила различные эксперименты, вершила злодеяния с помощью древних чар. Ужасный род.
Казалось противоречивым то, что он критиковал деяния своей семьи, сам будучи Черной розой.
— Когда-то мой отец мечтал заполучить Голубу розу целиком, уничтожив и поработив семью Алой розы.
— Да. Причина твоей смерти — в жадном эксперименте. Мечта, рожденная желанием моего отца — сосредоточить всю силу в его руках.
Чейзер улыбнулся.
— Он попытался стать той розой, что была бы сильнее всех и жила дольше кого бы то ни было другого, пользуясь тобой и мной. Лишать тебя сил, пока ты не умрешь.
— Это не меня он лишал.
— Верно. Это история моей младшей сестры, Яна.
Чейзер покорно согласился со мной.
Тем временем я сжимала и разжимала руку, пытаясь набраться сил, но они так и не откликались. Вместо этого я улавливала, как сила уходит к Рикддориану.
Бам!
Я заметила, как Ленаг поверг гигантского монстра-тень. Даже Франсия смогла со своим гигантским молотом.
Я уловила, как божественный страж внутри меня издал долгий вопль. Казалось, он взывал потерпеть еще чуточку.
Лишь чуточку, еще немного.
— Она была моей сестрой и любила писать романы.
Чейзер продолжал свою историю. Его голос был спокойным и нежным, как будто бы не имеющим никакого отношения к жестокости кругом. Вот почему он и нагонял ужас.
— Ты не видела ее заметки? Дневник.
Я молча припомнила записи «Яны», спокойные описания того, как она любила своего приемного брата, ее признание в том, что она — Голубая роза.
— Кроме дневника, мне известна написанная ей история. Она любила что-нибудь писать.
И какое значение сейчас имеет история «Яны»?
Я не могла понять, почему он говорит о ком-то, кто умер и не мог вернуться.
— Главной героиней написанной ею истории была… да, Белая роза, вон там.
Чейзер растягивал последнюю фразу.
— Обычно она выводила главной героиней себя саму.
— О чем ты сейчас говоришь?
— Яна. И некоторое время спустя, я узнал, что был главным героем в этой детской истории.
На мгновение улыбка Чейзера пробиралась сквозь горечь, словно сухая ветка зимой.
— Если этот— огромная сказка, вероятно, она хотела бы, чтобы в своем мире я был главным героем.
Я затаила дыхание.