Глава 250.2. Тюрьма на троих (2) •
Он не прекращал улыбаться, глядя на меня, как будто ему не было больно, хотя он и был прикован в неудобной позе, такой, что не мог ни встать, ни сесть.
— Разве тебе неприятно меня видеть?
— Кто?
Я нахмурилась.
— Нет? Мне казалось, ты оценишь…
— Тебе нравится вот так висеть в цепях?
— Конечно, нет.
Я естественным движением отстранилась от Чейзера. Дружелюбие? Ничего подобного больше. В точности, как и изменившаяся императрица, этот человек был врагом.
— Но, наша Яна… как приятно тебя видеть.
Я не ответила.
Вместо этого я медленно открыла рот, глядя на фигуру узника рядом с собой.
— …кто сказал, что мне нравится такое обращение? Не зови меня так.
— Тогда «моя Яна»?
Выражение лица Чейзера не изменилось, хотя он и увидел, что я точно пячусь от него. Я равнодушно закатила глаза и отвернулась.
— Говори, как тебе нравится. Я даже разговаривать с тобой больше не буду.
— Яна.
А он умный. Не знаю, что с ним случилось, раз он тут висит… тем не менее, именно этот человек вызывал у меня ощущение угрозы. С другой стороны, даже в таком состоянии он вызывал такой восторг своим небрежным разговором, что я не могла слова молвить.
— Я правда счастлив, несмотря на все обстоятельства.
И, как только Чейзер это сказал, раздался еще один знакомый голос.
— Яна, пожалуйста, заткни его.
Голос моей розы вызывал низкую, но изящную дрожь.
— Не смотри на него ни пристально, ни обычно, ни даже походя.
Повернув голову, я увидела у решетки похожим образом прикованного Рикдориана.
— Рикдориан?
— Да. Пожалуйста, рассказывай скорее. Чтобы он тоже слышал.
Он был прикован крепко и скрыт туманом.
— Рассказывай, что любишь меня.
Освещение было тусклым, и видно было лишь силуэт, но я четко его увидела. Нет, я никак не могла не узнать свою розу. К счастью, его руки были связаны, но это не сковывало его движений. Кроме того, цепь от наручников была достаточно длинной, чтобы я могла подойти к решетке.
— Ты правда Рикдориан?
— Да. Яна.
При ближайшем рассмотрении я заметила, что и Рикдориан не в лучшей форме. Все его тело было туго опутано цепями, и по всему его лицу была кровь.
— …ты ранен?
Я поспешно опустилась на колени перед решеткой и села.
— Нигде не болит? Как болит?
Алые губы под повязкой на глазах застенчиво изогнулись из-за моего обеспокоенного тона.
— Немного. Самую капельку.
— Мне не кажется, что капельку.
— Правда капельку.
На глазах Рикдорана была повязка, но кажется, что он определил мое положение по звуку.
— Мне больно лишь в той мере, чтобы Яна беспокоилась обо мне.
— …как это?
— Как же больно, Яна.
Я вздохнула и взяла его за руку. Они уже были покрыты маленькими ранками. Я не знала, чья на нем кровь, но… кажется, это указывало, что он прошел через ожесточенную битву.
На самом деле, было неважно, чья на нем кровь. Не то, чтобы у меня не было вопросов к Чейзеру, находившемуся позади меня.
О чем он меня предупреждал? Не доверять императорской семье, так он предвидел, что это случится? Я могла бы спросить, но не стала.
Это все равно уже произошло.
— Кстати, почему вы вообще попались?
Ведь Рикдориан обладал поистине ошеломительной силой. Невозможно было бы захватить его живым, не применив какую-то силу…
На мгновение Рикдориан горько улыбнулся.
— У меня не было выбора. Во время сражения с черной розой появилась императрица и вдруг что-то выкинула…
Когда я увидела его улыбку, что-то мелькнуло у меня в голове.
— Только не говори мне, что императрица взяла меня в заложницы?
— …
Рикдориан не ответил, но я поняла, что это значит «да».
— …Ты — моя единственная слабость из всех роз.
Рикдориан застенчиво улыбнулся.
— Мне не жаль своего тела, если оно будет защищать тебя.
Я рассвирепела.
— Не время говорить, что тебе не жаль своего тела. Или ты думаешь, что мне бы понравилось смотреть, как тебе больно?
— Но… мы ведь снова встретились.
Я замолчала, услышав его жадный голос.
Слабость из всех роз. Я неосознанно чуть не повернула голову.
…не значит ли это, что и Чейзер попался потому, что меня взяли в заложницы? Я теперь не знаю, что он за человек. Но теперь я уже слишком далеко зашла, чтобы понять.
— Что важнее, Яна, ты меня не слушаешь?
— Что?
Рикдориан высунул язык и слабо облизнул губы.
Бледная кожа под повязкой на глаза контрастировала с бурыми пятнами крови. И алые губы. Не следовало ему так выглядеть, но… кажется, я забыла, что происходит вокруг, у меня возникли странные мысли. Я сделала вдох.
Нет, стоп, мне кажется, все правда станет ужасно, если я буду о таком тут думать.
Я стукнула себя по лицу наручниками.
Очнись.
— Скажи мне, что ты меня любишь. Ладно?
— А…
— Хм-м, если ты меня так выводишь из себя… то это очень необычно.
Голос Чейзера прервал разговор, который как будто должен был происходить только между мной и Рикдорианом.
Тут я оглянулась.
Не понимаю, почему все это время он молчал…Чейзер пронзил нас взглядом. Когда он встретил мой взгляд, его алые глаза слегка затрепетали.
Он был полон противоречий. Он без колебаний вредил другим. Но его задевал мой единственный легкий взгляд.
Я медленно моргнула.
Рикдориан вдруг показал себя с плохой стороны. Это я велела ему больше не сдерживаться.
И я слабо улыбнулась. Мои губы медленно приоткрылись.
— Как это подло. Мой Рикдориан.
Чейзер вздрогнул.