Глава 249.1. Рассчитанное предательство (1) •
У меня не было времени паниковать.
Не уделив ни минуты, чтобы успокоить встревоженно воющего Пудинга, я быстро двинулась вперед, у меня даже не было времени толком разорвать старые чувства к своему божественному стражу, которого встретила впервые.
«Я должна направиться на место встречи с Рикдорианом».
Фестиваль влиял только на роз и никак не воздействовал на их подчиненных. Другими словами, если бы я миновала ту деревню, рыцари Гернима ждали бы меня там.
Заготовят ли они магию заранее?
Магию можно отследить, поэтому я не могла пользоваться ей, как только прибуду туда. Я должна была была скрываться от Чейзера, который уже побежит той дорогой, насколько возможно.
«Теперь нужно прятаться еще от одного человека».
Не так просто было предсказать, по какой причине в фестивале приняла участие императрица, но у меня было такое ощущение, что ее намерения ни в коем случае не могут быть хорошими.
Так говорили мне ощущения. Нам не следует сталкиваться.
В императорской семье, должно быть, были сильные волшебники, так что мне нужно внимательнее использовать магию.
Я прошла немного, и тут передо мной дрогнули кусты.
Я инстинктивно схватилась за кинжал, свисавший с талии, и отступила назад. Голубой свет мелькнул на кончиках моих пальцев.
— Ой? Привет!
И в кустах появился очень маленький ребенок. Еще и милая девочка.
— Вы гостья? Мало кто из путешественников приезжает в наш город.
Я пристально осмотрела костюм и лицо ребенка.
Я задумалась: не трюк, не уловка ли это, но я не улавливала никакой специфической энергии магии. Она правда производила впечатление обычного человека, потому что я не сумела учуять ее даже обостренным после воссоединения с божественным стражем восприятием…
Давным-давно, когда я жила в Домулите, похититель, притворившийся ребенком, украл меня. Не снижая бдительности, я попятилась.
— …верно. Я иду своей дорогой. Что ты тут делаешь?
— Я этой дорогой хожу желуди собирать!
Указывая на этот факт, в приоткрытом кармане торчала рука ребенка с желудями. Я немного снизила бдительность.
— …ну. Это может прозвучать странно, но скоро тут может стать опасно. Возвращайся домой поскорее.
— Ха, зачем? Идет война? Идут розы?
— Что?
Услышав это слово, я помедлила.
— Наша деревня посвящена Голубой розе!
Ребенок с невинным видом широко улыбнулся.
— Вон она.
— …эта деревня?
— Да! Давным-давно здесь жила и любила нас изначальная Голубая роза. С тех временем ее сила так и остается здесь, поэтому у всех в нашей деревне голубые глаза!
Глаза ребенка были голубыми, как глубокое море. Они были не такими, как бледно-голубые глаза Рикдориана, но я к ним странно привыкла.
Ведь они были похожи на цвет сияния, исходящего от моего божественного стража.
— На этой земле правит Голубая роза.
— …ты говоришь о земле?
— Да.Она была очень-очень большой, но теперь мала, — с легким румянцем на щеках сказала девочка, радостно объясняя мне:
Ребенок раскинул руки.
— Мы — народ Голубой розы, так что мы желаем ей долгого-долгого счастья!
Я онемела.
— Кто ты, сестра?
— Я…
В ярко-голубых глазах ребенка, в которых не было ничего, кроме чистой тоски и восхищения, без примеси самовлюбленности или коварства…
— Ты ждешь, хотя никогда и не встречала Голубую розу?
— Да. Может быть, однажды она придет!
Так что ребенок посмотрела на меня опять: кто ты?
У каждой Розы есть своя земля. Я слышала от императрицы, что нынешние земли роз находятся там, где жили их родоначальники, и слышала также, что их семья названа по имени первоначальной розы.
Ничего подобного в тех полезных сведениях не говорилось ни о Голубой розе, ни о ее землях.
Но, если у всех роз были свои земли… Разве и я не должна была обладать своей?
Казалось, что ответ я уже услышала.
Все розы были призваны на свои земли. И я тоже должна была попасть на свою.
— Я — просто случайно потерявшаяся путница.
— А… правда?
Ребенок показался приунывшим.
— Мне показалось, что, может, сестра и есть Голубая роза. Вы такая красивая.
— Правда? Спасибо тебе.
У меня не было времени. Мне нужно было поскорее уходить.
Я слабо улыбнулась и мягко погладила девочку по голове.
— Но, кажется, я смогу встретить Голубую розу, когда попаду в столицу.
— Сестра? Правда? В самом деле?
— Да. Ты что-то хочешь сказать ей? Я передам Голубой розе.
Она еще малютка, вероятно, в такую ложь она поверит, так что купится.
Как и следовало ожидать, девочка широко улыбнулась. Я задумалась, не скажет ли эта девочка, чтобы Голубая роза приехала в эту деревню.
— Хе-хе, тогда, пожалуйста, скажи, чтобы Голубая роза была счастлива! Пусть Голубая роза всегда будет счастлива!
— Что?
Но таких слов я не ожидала.
— Деревенский староста сказал, что Голубая роза очень сильная и красивая, но все же она не может жить так, как ей хочется. Она не свободна.
Голубые глаза, похожие на кита, моргнули.
— Вот почему Голубая роза не всегда сюда возвращается.
Голубая роза, которая очень редко сюда заглядывала — это, вероятно, бывшие голубые розы, призываемые сюда для фестиваля роз.
Раньше, говорят, фестивали случались, когда Голубая роза отказывалась выбирать или сражение становилось слишком свирепым.