Глава 221.1. Хочу запечатлеть (1) •
В комнате было темно, свет не горел. Это навевало ассоциации с распахнутой пастью монстра.
«Невозможно сказать, кто окажется лучше».
Не включая свет, я сразу поплелась к кровати.
Рикдориан остановился. Когда я повернулась, он не сделал ко мне ни шагу и замер.
— Ты… ты сразу в кровать?
Что это за стеснение? Я мягко склонила голову. Он меня соблазнил…
Глядя на него со стороны, я мягко улыбнулась.
— Раз не в кровать, то что ты собираешься делать?
Сказав так, я медленно осмотрела комнату. Кровать была далеко, но диван — ближе.
— На диване тебе будет больно?
— Что?..
Голубой свет луны озарял комнату. Поэтому даже мое жалкое тело смотрелось отлично.
Я хочу сказать, что здорово видела его алое, будто вот-вот взорвется, лицо. В особенности, когда я взглянула на его уши, они были такими красными, что на них не было ни одного белого пятнышка. Однако на этом я не остановилась и перевела свой взгляд на одно место.
То, что привлекло мое внимание, находилось на балконе.
— …так, может, за дверью?
— Нет-нет!
Рикдориан потрясенно поднял голову. На его лице было такое выражение, будто он даже не задумывался о таком.
Его лицо правда было не таким, как весь день. Будучи с Ленагом, он казался холодным, словно впитал весь мороз этого мира, а, когда он был с Джайром, то имел вид способного эрцгерцога.
Я не смогла это вынести и расхохоталась.
— Да, ты, как будто новичок.
Неожиданно я заговорила приятным голосом, как будто мы были в тюрьме.
— Мы не должны быть грубыми друг с другом. Здорово будет, если ты будешь заботиться обо мне.
Я села спиной на кровать. Затем согнула колени и подняла руки к подбородку и ухмыльнулась.
Он не сделал ни шагу.
— Где ты хочешь ее поставить?
— …где?
— Да.
Чейзер поставил розу на внутренней стороне моего запястье.
И тогда я об этом не задумалась, но может ли роза специально выбрать место для запечатления? Или оно заранее определено?
— Ты можешь его выбрать?
Рикдориан убрал руку от лица. Когда я поманила его, он запнулся. Однако, до кровати все еще оставалось некоторое расстояние.
— Как?
— Это… я имел в виду… Вот.
Он помедлил, не в силах заговорить. Неужели он уйдет в самом разгаре?
— Почему, тебе придется ставить розу в разгар действа?
Взглянув в его покрасневшее лицо, я поняла, что нашла правильный ответ. Про себя я присвистнула. И я восхищалась этим разговором, который звучал так, словно нас не касался.
— Понятно. Так что думаешь?
Когда я спросила еще раз, Рикдориан растерялся, не зная, что делать. Словно бы он не знал, что я спрошу о таком.
— Эй, не хочешь разговаривать? Мне нельзя спрашивать?
— …дело не в этом…
— Правда?
Его бледное лицо, окрашенное лунным светом, было красным, никаких бледных пятен. Меня не раздражало то, как обеспокоенно он бегал взглядом по комнате. Я постучала пальцем по постельному белью.
Он склонил голову, и его волосы мягко колыхнулись. Сияющие глаза сверкнули и потухли.
Мне казалось, что я — злодейка, потешающаяся над невинным человеком, просто глядя на него такими глазами. И проблема была еще и в том, что меня это тоже не раздражало.
— Если нет, так давай остановимся…
— Нет!
Рикдориан чуть повысил голос. Его вид был потрясенным.
Хм-м, — я хотела остановиться, но он как раз подошел ко мне.
— Я… я не хочу останавливаться.
Он покачал головой, словно его неправильно поняли. Затем подошел ближе. Теперь нас разделяло меньше трех шагов.
Я не только нервничала, но и испытывала странное чувство.
«Примерно в это время обычно у него меняется личность».
Сегодня он долго краснел, так что я думала, что его рациональная сторона протянет довольно долго. Если бы ему не нравилось, он не стал бы это делать.
Даже тогда, давно, в тюрьме, он мне нравился.
Он, как пес, он, как безумец, у которого остались только инстинкты, каждая его личность была милой и убийственной… Потому, что я считала, что эта сторона идеально ему подходит.
Он протянул руку.
— …е.
— Да?
На мгновение я растерялась и не расслышала его. Его пальцы на мгновение поджались, а потом разошлись в стороны.
— Запястье.
Он больше не дрожал. И даже не заикался.
Я медленно подняла глаза. Аккуратно открытая шея и скульптурно прекрасное лицо появились перед моими глазами.