Глава 206.1. Яна и "Яна" •
— Эм. Раз дело в сестре, я тут ничего не могу поделать.
— Не то, чтобы тут «ничего нельзя было сделать».
Я постучала Франсию по лбу.
— Ты должна дорожить своим божественным стражем. Он плачет.
— Нет, я отдаю его не потому, что он мне не важен.
Франсия обняла медвежонка и положила подбородок ко мне на ногу.
— Раз сестра важна, то Калисто тоже. Хорошо, когда ты в окружении того, что мне нравится.
С этими словами она застенчиво улыбнулась. Глядя на нее, я не могла не влюбиться.
Я взяла ее за руку и улыбнулась тоже. Затем, после мгновенного колебания, я произнесла.
— Просто, на всякий случай, Франсия, ты не могла бы сделать мне одолжение?
Об этом я молчала так давно.
Одолжение? — спрашивали ослепительные глаза Франсии.
Затем я рассказала ей о том, о чем думала все это время.
— Не могла бы ты, пожалуйста, связаться с маркизом Валтайзом?
Можно ли связаться с Ленагом?
* * *
На следующий день.
Если так подумать, кажется, больше всего мне нравилась главная героиня, когда я читала книгу.
Хотя я и была читателем, которого больше интересует сюжет, если бы мне понадобилось найти фаворита среди персонажей, это была бы Франсия.
На самом деле, кое-что мне больше нравилось, чем персонажи, и это сцены-18+. Когда я это сказала, то прозвучало так, будто я — извращенка, но я просто следовала своим желаниям.
Честно говоря, я просто не знала, что попаду в новеллу, о которой думала, просто представив ее себе.
Даже сегодня фамилия очаровательного героя, Герним, часто вызывала у меня вопли о хороших мыслях.
Он тут был очень занят. Конечно, встреча еще не окончилась, раз вассалы до сих пор приезжали, так что у него было много дел, но также он был занят и другим.
Другим.
Это был способ удлинить жизнь Рикдориана снова.
— Так много книг…
И это была самая важная работа, от которой зависела жизнь.
— Да. Я все их прочел.
Я слабо вздохнула в восхищении, глядя на книги, скопившиеся до потолка. Честно говоря, мне хотелось бы быть погромче, но, боюсь, если бы я это сделала, то опасно скопившиеся книги могли бы упасть.
— О нет.
Джайр сказал, что они не упадут, потому что стопка была составлена с помощью магии, но я все равно была осторожна.
Я пришла сюда ради обещания, которое дала Рикдориану, обещания о том, что разрушу его проклятие. Чтобы это сделать, думаю, сначала мне нужно было встретиться с Джайром.
Он сделал это не без колебания. Он поприветствовал меня, сузив глаза.
— Если Голубая роза согласна сотрудничать, то я очень благодарен. Взгляните.
Когда мне все это просмотреть? Джайр рассмеялся, словно он шутил.
— Раз я — Голубая роза, вы считаете, что вам можно наплевать, что я — сестра герцога Домулита?
— Меня поймали?
Джайр даже не стал отпираться. Вместо этого он, как и в тюрьме, игриво кивнул.
— Да, это так.
Этот факт уже был мне известен, поэтому я не удивилась. Вместо этого Джайр принял мое предложение.
Он рискнул жизнью и проводил последние несколько лет свои расследования.
Я понимала, насколько, должно быть, он отчаялся, судя по бумагам в его руках.
— Его превосходительство проводит последнее собрание.
— Да, я об этом слышала.
Я слышала об этом от Рикдориана, заглянувшего ко мне в комнату утром. Думаю, ему удастся вернуться в обед.
«Ни за что не забывай меня».
Какой же он разный утром и ночью? Он бросил такие ужасные слова.
Почему одни только пошлости?
«У-у, хв… хватит. Хватит…»
«Еще немного, а?»
А еще он много целовался. Его личность в разгар событий изменилась, и я перевела взгляд, убирая Пудинга, я едва его остановила.
«Это слишком много для ребенка!»
Я думала, что он готов на все, что бы я ни сказала. Когда я подумала об утре, я чуть не покраснела.
Трехлетний божественный страж, вошедший в подростковый возраст, спросил, что такое и наивно склонил голову.
— О чем ты думаешь опять, мяу? Потираешь губы, разве ты три года назад так не делала, мяу?
«Тишина».
Он спрятался внутри меня, болтая мне в ухо.
Тем временем, Джайр продолжал объяснять.
— Также есть и история, написанная о мисс.
— Да.
Я имела в виду, что они и на мой счет расследования провели. Это тоже не удивляло.
— Но вы узнали об мне? Немного странно с моей стороны так говорить, но, должно быть, мой брат — грозный человек.
-О, вот как.