Глава 198.2. Потому что это часть меня... (2) •
Пудинг, хоть он и говорит, что давно живет со мной, разве не было ли бы лучше, если бы у Рикдориана был божественный страж?
На мгновение на лице Рикдориана появилось сложное выражение.
— Божественный страж Алой розы, как говорят, выглядит как часть тела.
А, я это знаю.
— Так сохрани его.
— У… а?
— Нет, пожалуйста, сбереги его для меня.
Рука Рикдориана коснулась спины Пудинга и отстранилась. На удивление, Пудинга это не вывело из себя.
Я просто посмотрела на него так, словно спрашивая, зачем он просит меня сберечь егони с того ни с сего.
— Это часть меня, — Рикдориан медленно моргнул.
Его губы на холодном лице дернулись.
— Это часть меня, так что сбереги его.
Похоже, он не знал, что сказать.
— …тогда мы будем вместе всегда.
С этими словами он вспыхнул. Как будто не в силах ничего поделать, он быстро прикрыл щеки.
Я уже все увидела.
Однако он закрыл лицо рукой и сказал то, что должен был, и его глаза чуть-чуть покраснели.
— Если бы ты могла… я хотел бы, чтобы ты могла беречь его вечно.
Он пристально уставился на меня.
— Если я долго проживу, я так и сделаю.
Немного смущенно пробормотав это, Рикдориан вдруг посмотрел на меня потрясенно.
— Ты больна?
Он быстро опустил руку, подошел ко мне и задал вопрос.
Я покачала головой.
— Нет-нет.
Мои слова прозвучали неоднозначно, но я не больна.
Я быстро пояснила:
— Ведь этот малыш, прежде всего, не мой божественный страж. Говорят, что его отпущенная ему жизнь может быть иной.
Это мне сказал маленький чернокнижник. Как ближайший поверенный Чейзера, он много знал о розах и порой рассказывал мне о них полезные истории.
Я не задавала тогда много вопросов, чтобы не привлечь никакого внимания, но я свела несколько моментов воедино.
Маршмел не знал, что я подписала контракт с Пудингом, но сказал, что я не смогу это делать с божественным стражем Алой розы. Он сказал, что, даже если я заключу контракт, продолжительность жизни божества, вероятно, будет иной.
Это было неизбежно из-за разницы в силе.
Рикдориан нерешительно и мягко обнял меня.
— Ха…
Выдох раздался над моей головой.
Это было дерзким для разумного человека, но, судя по его дрожи, едва ли это было продиктовано сменой личностей или желанием соблазнить меня.
— Я здорова.
Рикдориан сделал глубокий вдох. Он казался очень удивленным.
— Не будь я здорова, я была бы трупом.
Я помялась, потом подняла руку и неловко потрепала его по спине. Это я спровоцировала недопонимание.
— Что ты сейчас сказала?.. — мягк прошептал Рикдориан, устраивая голову на моем плече.
— Может, все с ней в прядке. С продолжительностью жизни.
— Почему?
Он быстро ответил:
— Потому что ты — Голубая роза.
Вместо того, чтобы удивиться, я охнула и согласилась на то, что я тоже роза, так что все в порядке.
Вдруг я естественным образом приняла то, что была розой.
Я не могла не знать, что это такое, потому что мне говорили об этом тут и тами у меня проявились способности.
«Это не такая уж крутая способность».
Способности Чейзера не действовали. Я могла заключить контракт с божественным стражем других роз. Мне показалось, что я была чуточку сильнее, чем думала.
Джайр говорил, что я могла снимать проклятия с других роз.
Кроме того, у меня были и другие способности. Что еще я могу?
И…
«У Голубой розы есть божественный страж?»
Естественно, я задумалась, есть ли он у меня.
Но вскоре я выкинула эту мысль из головы.
Потому что Рикдориан легко потерся лицом о мое плечо.
Он прошептал чуть приглушенным голосом, зарываясь лицом.
— Ты правда не уйдешь, не так ли?
— Конечно.
— Обязательно сдержи свое слово…
Это, однако, задевало мою совесть.
— Я не могу гарантировать, что я сдержу это свое слово.
Я что-то не так сказала. На мгновение я помедлила, потом опять постучала его по спине.
— Правда, — сказал он.
Взрослому мужчине было бы неловко так ныть, но мне это вообще не казалось неловким.
Скорее, когда я увидела этого огромного зверя одного, мне показалось, будто я всей душой от него завишу.
Я думала, что было бы идеально, останься тут только уши и хвост.
Я почуствовала приятный запах его волос, развевающихся по ветру.
Я чувствовала только этот запах во влажной подземной тюрьме, и даже сейчас, когда он выбрался из камеры, я его все равно улавливала.
Скорее, кажется, что этот освежающий приятный аромат стал сильнее, более зрелым и глубоким.
Я слабо усмехнулась от этой аккуратности.