Глава 195.1. Ты другой (1)

Я встретила главного героя в Тюрьме

Я сглотнула.

Я много что хотела сказать, но не могла произнести, это вертелось у меня на языке.

Я могла что-то сказать, но мое внимание переключалось на другие вещи. Туда, куда стремились губы Рикдориана.

Где была татуировка с Черной розой.

Если бы только он сжал там чуть сильнее… с кровью выступила бы татуировка.

Я слегка выпрямила спину, ощутив напряжение.

Когда появится татуировка, она естественным образом свяжет меня с Чейзером.

Нехорошо вести себя так в этой ситуации. Более того, так он показал бы свою ненависть и разочарование в Чейзере.

Я медленно выдохнула, сжимая и разжимая руки.

Рикдориан сказал мне, что продолжал ненавидеть мужчину, убившего его отца. Иными словами, у него уже была неизгладимая ненависть.

Даже это он использовал, как инструмент, чтобы добиться моего сострадания.

Было печально, но одновременно с этим я знала, что это означает.

— Не надо так думать.

Я чуть двинула пальцем. Он потянул за него и схватил.

Рука, державшая мою, на мгновение задрожала.

— Я отлично понял твои чувства.

Я даже представить себе не могла, что это за чувства — чтобы желать уничтожить кого-то.

— Я не знаю, заслуживаю ли я таких слов.

Кое в чем он был не таким, как четыре года назад — в этом.

— Надеюсь, ты так не думаешь.

Он всегда выкладывался по полной.

И не подумав о последствиях, с холодным взглядом, как будто он отдал бы все, что у него имелось.

Ты был таким четыре года назад, когда болтался в клетке и плакал.

— Ты.

— А?

— Заслуживаешь этого, да.

Как будто бы уловив, что я вот-вот сбегу, он встревоженно схватил меня за руку.

Боже, если бы он выпустил руку на мгновение, я бы не сбежала.

— Почему это ты не заслуживаешь?

А теперь, сжимая мою руку обеими, он поднес ее ко лбу и сказал:

— Я хочу дать тебе все.

Он словно благоговел, как будто молился богу, но его голос был тихим и слабым, словно он вот-вот мог упасть.

— …меня тебе не хватает?

Он тяжело вздохнул, как будто свалился в воду и куда-то спешил. Когда я увидела его таким, мое сердце слабо запульсировало, прямо как тогда, когда коготки Пудинга впивались ко мне в грудь.

Мне жаль.

Я протянула руку, которую он не поймал, глядя на согбенную спину.

Я схватила лицо Рикдориана и потянула его вверх. Вскоре влажное, но покрасневшее из-за попыток сдержать слезы, лицо обратилось ко мне.

— Я не хотела бы смотреть, как ты кланяешься.

Мгновение я колебалась, затем мягко погладила его по глазам. Он медленно закрыл глаза и открыл их.

— И слово «мало» не для тебя. Не мне судить.

Проблемой оставалось то, что он по-прежнему держал мое запястье.

— Я сказал это прото потому, что хотел бы чуточку дольше дорожить тобой.

Только этого я хотела четыре года назад. На это я искренне надеялась.

«Ведь его превосходительство вытерпел все эти чертовы побочные эффекты и каким-то образом сумел их преодолеть».

Рикдориан делал только то, на что надеялся.

Судя по тому факту, что его ближайшему поверенному, Джайру, сложно было об этом говорить, вероятно, что взамен на пробуждение, его ждали бы совсем необычные побочные эффекты.

Я попросила его жить долго и счастливо, но он не прислушался.

У него был еще более жалкий взгляд, чем раньше.

Он хныкал, но теперь его глаза были полны более глубоких и менее понятных чувств.

Разве я когда-либо видела его глаза такими?

Я уже видела что-то похожее.

«У Чейзера».

Однако его одержимость явно отличалась от одержимости, которую демонстрировал Чейзер.

— Здесь ты можешь это сделать.

Вот что я сказала, вместо того, чтобы обсудить побочные эффекты.

Но я не могла сдержать эти слова и добавила:

— Что за боль ты перетерпел, прежде чем это случилось?

Рикдориан помедлил. Он никак не мог не знать, о чем я говорю.

— Мне больно.

Он опустил на мгновение взгляд, услышав мои слова, полные уверенности, а не вопроса и посмотрел на меня опять.

— Мне лишь немного больно, Яна.

Он не отрицал, что ему больно. Он был не таким, как четыре года назад, когда понятия не имел о боли. Но это к лучшему.

Рикдориан коснулся моей руки большим пальцем. Он не пытался соблазнить этим жестом.

— Спасибо, что дала мне знать о боли, я знал, что это так.

Его большой палец прижался к моей ладони.

Это не было больно, но я чувствовала, что Рикдориан что-то утаивает.

— А теперь…

Говоря, Рикдориан вдруг слабо улыбнулся. Скорее, эта улыбка была ближе к горькой, чем к лучезарной.

— Я не стану принуждать тебя отвечать.

Он отметил, что я не ответила.

— Даже если ты будешь себя так вести, ты не такая.

Затем он опустил голову и прижался губами к кончикам моих пальцев. Очевидно, что он вел себя как Чейзер.