Глава 566. Наследник приглашает •
— Лао Чан, это тебе.
Чэнь Цинюань передал Чан Цзыцю два пространственных кольца. Хотя в его взгляде и промелькнула мимолётная боль от потери богатства, он действовал решительно, без капли притворства.
— Мне? Серьёзно? — Чан Цзыцю потребовалось немало времени, чтобы унять бурю чувств в душе. Ему было крайне непривычно, что Чэнь Цинюань, вопреки своему обычному нраву, вдруг решил одарить его духовными камнями.
— На этот раз мы заполучили столько камней, лишь воспользовавшись твоим именем. К тому же, в будущем тебе будет непросто взыскать долги самому, так что это твоя заслуженная доля.
В двух пространственных кольцах лежало четыреста тысяч духовных камней высшего качества — сумма, эквивалентная четырём духовным жилам высшего качества. Без преувеличения можно было сказать, что всё достояние какой-нибудь второразрядной секты не стоило и половины этого богатства.
— Ладно, я принимаю, — немного подумав, кивнул Чан Цзыцю.
Спрятав камни, он расплылся в широкой улыбке. Посмотреть на такое зрелище, да ещё и заработать при этом четыреста тысяч камней высшего качества — жизнь определённо налаживалась. Похоже, стоило признать: хоть странствия с Чэнь Цинюанем и были смертельно опасны, о нехватке ресурсов можно было забыть навсегда.
Чан Цзыцю невольно вспомнил себя прежнего. Со стороны он казался вольным и беспечным мастером, но на деле вечно был на мели. Ему постоянно приходилось мотаться по миру в поисках тайных царств или брать поручения в крупных городах, чтобы заработать хоть какую-то награду.
Проверив свои накопления, Чэнь Цинюань почувствовал глубокое удовлетворение. Перед уходом он, разумеется, забрал древний чёрный треножник. Спрятав его в одном из пространственных колец, он бросил в жерло артефакта более ста тысяч духовных камней высшего качества — в награду за службу.
Для полного восстановления треножника этого было ничтожно мало, однако само дружелюбие Чэнь Цинюаня заставило дух артефакта успокоиться и отбросить былые страхи. По правде говоря, для починки обычного священного оружия высшего качества не потребовалось бы столько ресурсов — того, что поглотил треножник, хватило бы на создание десятка первоклассных клинков.
Это лишь подтверждало, что в пору своего расцвета треножник стоял на голову выше любого священного оружия в мире. Именно поэтому, даже пострадав в битве Древнейшей эпохи, он смог сохранить в себе искру духовного разума спустя триста тысяч лет.
— Папа, на ручки!
Маленькая Ии, одетая в розовую пушистую шубку и забавную шапку с кроличьими ушками, ковыляя, подошла к нему и протянула свои мягкие ладошки.
— Иди сюда, — Чэнь Цинюань присел и с нежностью во взгляде подхватил девочку на руки.
Устроившись в объятиях отца и похрустывая ароматным духовным плодом, Ии наслаждалась своей беззаботной жизнью. Поиграв немного, она начала сладко зевать и вскоре уснула.
Чэнь Цинюань осторожно уложил её на мягкую кровать и установил вокруг барьер, чтобы ни один звук не потревожил её сон. После этого он вернулся на своё место и продолжил чаепитие с Чан Цзыцю.
— Ты больше не намерен скрываться? — спросил Чан Цзыцю с некоторой тревогой. События в секте Вечного Святого наделали слишком много шума, и теперь за каждым шагом Чэнь Цинюаня наверняка будут следить сильнейшие мастера мира.
— Я таился достаточно долго. Пора выйти в свет и вступить в настоящую борьбу.
Этот инцидент был затеян не только ради того, чтобы взыскать долги, но и чтобы послать миру чёткий сигнал: он, Чэнь Цинюань, намерен решительно и властно ворваться в водоворот событий великой эпохи.
Декан Академии Единого Пути уже отправилась в Имперскую область, где заключила соглашение с верховными лидерами этого мира. Чэнь Цинюаню была дана полная свобода действий, а мастерам стадии Божественного Моста запретили вмешиваться. Если договор будет нарушен — начнётся война на истребление.
Наступало время небывалого расцвета, и чем выше была культивация человека, тем яснее он чувствовал приближение великих перемен. В эту эпоху мог открыться путь к обретению титула Великого Императора, и никто не хотел тратить силы в бессмысленной схватке с декан Академии — этой безумной женщиной. Поэтому им пришлось согласиться.
Все знали, что много лет назад декан в одиночку спустилась под Разрушенный мост, чтобы разгадать запретные тайны. В глазах сильных мира сего она была истинной безумицей, которая совершенно не боялась смерти.
Теперь Чэнь Цинюань намеревался шаг за шагом вернуть все долги, что накопились у сект Имперской области. Это было его испытанием, но также и шансом для секты Лазури возродиться из пепла.
— И что ты задумал? — с любопытством спросил Чан Цзыцю.
Поскольку Чан Цзыцю и Лю Линжань теперь были частью секты Лазури, Чэнь Цинюань не стал ничего скрывать и спокойно изложил свой план:
— Мы отправимся в Имперскую область. Я брошу вызов гениям всех сект, чтобы вернуть былые земли и утраченное достоинство моей школы.
Однако секты Имперской области пошли дальше: они не только отказались помогать, но и начали охоту за ресурсами секты Лазури, прибегая к тайным убийствам и самым грязным методам. Именно это вызывало у Чэнь Цинюаня лютую ненависть. И пусть те преступления совершили предки, нынешние поколения, пользуясь плодами их деяний, должны были принять на себя и соответствующую карму.
— И мы пойдём втроём? — Чан Цзыцю ошарашенно перевёл взгляд с Чэнь Цинюаня на девушку.
— Младший дядя-наставник, вы это серьёзно? — Лю Линжань вздрогнула, её ресницы затрепетали от испуга.
— Вполне, — кивнул Чэнь Цинюань.
— Мы что, идём на верную смерть? — Чан Цзыцю не стеснялся в выражениях. — Стоит нам начать задираться, как любой практик Великого Совершенства сотрёт нас в порошок, не говоря уже о скрытых силах великих сект.
— Я уже попросил декана Академии вмешаться. Уверен, всё пройдёт гладко, — объяснил Чэнь Цинюань.
— Декан Академии! — при упоминании этого имени лица Чан Цзыцю и Лю Линжань мгновенно изменились, наполнившись глубочайшим почтением. Если за делом стояла она, поводов для паники становилось куда меньше.
— Ну что, теперь вы спокойны? — Чэнь Цинюань с улыбкой отхлебнул чаю.
— Декан лишь добьётся того, чтобы старые монстры не смели поднять руку, — пробормотал Чан Цзыцю, погружаясь в раздумья.
— Поверьте мне, я бы не стал так рисковать, не будь у меня уверенности в успехе, — Чэнь Цинюань ободряюще посмотрел на друга.
Больше вопросов не возникло. Боевой корабль медленно взял курс на Имперскую область.
Всего за полмесяца весть о событиях в секте Вечного Святого разнеслась по всей Северной Пустоши. Слухи начали достигать Имперской области и Западного Края.
— Чэнь Цинюань, будучи на пике Слияния Души, сокрушил Почтенного третьего царства Пересечения Бедствия! Неслыханно!
— Оказывается, Чан Цзыцю стал приглашённым старейшиной секты Лазури! Когда только успел?
— Сила Чэнь Цинюаня теперь такова, что на одном уровне культивации ему нет равных во веки веков.
— Грядут перемены, мир погружается в хаос!
Весь мир содрогнулся. В каждом уголке поднебесной только и говорили, что об этой битве, прерываясь лишь на возгласы изумления.
Северная Пустошь, звёздная область Лицянь.
Это была уже самая окраина региона. Проделав ещё немного пути, они могли пересесть на торговый корабль и пересечь Море Хаоса, чтобы добраться до Имперской области. Перед отплытием нужно было пополнить запасы провизии для Ии и Лао Хэя.
Ии ела совсем немного, а вот Лао Хэй был истинным прожорой. Даже если он не был голоден, он ел просто ради удовольствия. Проснувшись, он тут же принимался за еду, и его аппетит поражал воображение.
Закупив всё необходимое, они решили найти тихое место для отдыха.
Как только они устроились в уединённом уголке и Чэнь Цинюань уже собирался расплатиться духовными камнями, к нему подошла девушка в белом платье. Она почтительно поклонилась и произнесла:
— Господин Чэнь, мой наследник приглашает вас на встречу.