Глава 186 - Тридцать три небесных чиновника спорят за благословенную землю. Часть вторая.

Благословение небожителей

Возможно, по той причине, что взгляд принца от возмущения сделался испепеляющим, небожители, на которых он уставился, торопливо замахали руками:

— Мы и не рассказывали посторонним!

Се Лянь с краснеющими глазами воскликнул:

— И как же тогда они узнали?!

Ни один из собравшихся здесь небесных чиновников, услышав фразу принца, не выказал и тени удивления. А раз столько народу уже обо всём знали, сколько ещё таких было на Верхних Небесах?

Вопрос заставил небожителей замяться, но затем они пустились в объяснения:

— Но ведь они не посторонние! Это всё наши друзья, хорошие знакомые, между нами не существует тайн. Рассказать им что-либо — не значит рассказать посторонним, а кроме них мы не скажем больше никому…

Не дожидаясь окончания этих речей, Се Лянь сурово оборвал:

— Ложь! Ложь от начала и до конца! Я не верю!!!

Небожители, которых он так резко перебил, всё-таки несколько смутились и спрятались среди остальных. Кто-то вдруг громко заявил:

— Какая разница, верите вы или нет? Ваше Высочество, тот факт, что они не донесли на вас там же, на месте, когда вы творили свои хорошие делишки во время ссылки в мир смертных, — уже достаточно добрый поступок с их стороны. А вы ещё и требуете, чтобы другие держали всё в секрете? С какой стати мы обязаны хранить это в тайне? Поистине смехотворно!

Се Ляню словно плеснули без предупреждения прямо в лицо холодной водой с кусками льда, после чего пронзили сердце острым ножом насквозь.

— Нет! Я… — второпях забормотал он.

Но тут же услышал другого говорящего:

— Тот, кто не совершает дурных поступков, не боится, что ночью демоны постучатся в двери. Ваша собственная совесть нечиста, как можно обвинять других в том, что они не держат обещаний? Если бы кто-то из них и впрямь помог вам скрыть столь бесчестный поступок, это бы как раз и называлось халатностью и несоответствием морали!

— Нет!!! Я… — вновь попытался вставить слово Се Лянь.

Он хотел сказать: «У меня были на то причины, я ведь и сам не хотел идти на преступление», но в душе понимал — никакие доводы не имеют значения. Имеет значение лишь одно — он действительно занялся грабежом!

Это пятно грязи теперь клеймом позора отпечаталось у него на лице, сделав его перед этими небесными чиновниками бесконечно ничтожным, так что он не мог сказать и слова в свою защиту. Видя, что принц начал сдавать позиции, ещё один Бог Войны вышел вперёд:

— Ваше Высочество, теперь-то вы должны понять, почему мы не хотели бы, чтобы вы оставались здесь и тренировались вместе со всеми?

Се Лянь опустил голову, но сжал кулаки.

Бог Войны продолжал:

— Нам с вами не по пути. Дороги расходятся, и интересы, стало быть, разнятся. Лучше вам всё же уйти по своей воле.

Глядя на то, с каким великодушным видом тот произнёс «дороги расходятся, и интересы, стало быть, разнятся», Се Лянь вдруг понял.

Разговоры разговорами, но если разобраться до конца, они ведь по-прежнему всего-то хотят, чтобы он уступил им эти чудесные земли!

Принц стиснул кулаки до хруста в костях, горло его охватило напряжение, но всё же он с нажимом сказал:

— …Я не уйду. Я буду здесь самосовершенствоваться.

В тот миг гнев на небесных чиновников окончательно подавил чувство стыда в его душе.

Всё равно ниже падать некуда, была не была — чем понуро опустить голову и удалиться восвояси, принц готов был, отбросив стыд, стоять на своём, чтобы только помешать осуществлению их плана. Се Лянь рывком вскинул голову и повторил:

— Я буду здесь самосовершенствоваться. Эти горы — не ваши владения, вы не имеете права прогонять меня!

От такого упрямства лица небесных чиновников аж почернели. Се Лянь услышал шепотки:

— Ну и чего он добивается?

— Вот уж поистине не приходилось мне встречать таких бесстыжих…

Однако, что бы они ни болтали, Се Лянь стоял на месте. И пусть его сердце кровоточило, раненое острыми речами, всё же он намеревался упорно настаивать на своём, не двигаясь с места.

Кто-то из Богов Войны заявил:

— Как видно, Его Высочество наследный принц решил действовать, не считаясь с мнением других, чтобы непременно испортить всем настроение своей выходкой?

Се Лянь съязвил:

— Что ж, прогоните меня, коли кишка не тонка. Вот только, как бы вам этого ни хотелось, силёнок всё равно не хватит!

В тот же миг около десятка небесных чиновников переменились в лице и все как один выхватили оружие!

И не удивительно. Ведь для Богов Войны подобные речи стали самым настоящим вызовом. Среди присутствующих таковых нашлось немало — как же они могли притвориться, что не услышали?

Но Се Лянь, окружённый со всех сторон, нисколько не испугался. У него при себе не было оружия, принц лишь крепко сжимал в руке ветку, которую подобрал по пути, чтобы опираться на неё во время подъёма в гору.

— Ваше Высочество, — серьёзным тоном произнёс кто-то из Богов Войны. — Если вы немедля принесёте извинения, мы сделаем вид, что никакого оскорбления с вашей стороны не прозвучало.

Но Се Лянь парировал:

— Если мои слова в чём-то показались вам неприятными, я ни за что на свете не стану извиняться за них. — Он выставил перед собой ветку. — Потому что вы не заслуживаете называться богами!

Небожители пришли в ярость.

Кто-то издевательски выплюнул:

— Это мы-то не заслуживаем? А ты, разбойник, что грабит простых смертных, стало быть, заслуживаешь?!

Се Лянь дальше терпеть не смог — да и с самого начала не собирался. Он напал на них с одной лишь веткой в руке:

— Я вам не позволю глумиться надо мной!

Боги Войны приняли выпад своим оружием, тут же кто-то позади них воскликнул:

— Но ведь это не мы заставили тебя пойти на грабёж, к чему теперь обвинять нас?!

Вот только рано они обрадовались. Решили, что с Се Лянем, у которого нет ни магических сил, ни оружия, будет справиться проще простого? Ага, как же, ничего подобного! Даже простой веткой принц орудовал не хуже, чем острым клинком — каждый выпад своей непоколебимой мощью заставлял противника отступать. Спустя всего пару-тройку минут сражения сразу несколько Богов Войны едва не оказались повержены принцем. Они не решались теперь приблизиться даже к порывам воздуха, свистящего от ветки в его руке, от страха поскорее отступили и спрятались за задние ряды.

Находясь в почётном статусе небесных чиновников, они не могли одолеть какого-то низвергнутого, простого смертного! Вот уж действительно истинный позор!

Неожиданно раздался крик какого-то чиновника, глазевшего на битву:

— Что за чертовщина?!

От его крика остальные тоже перепугались:

— Что стряслось?!

Похоже, их коллега испытывал жуткую боль — закрыв лицо и согнувшись в три погибели, он с трудом проговорил:

— Т-только что… какой-то призрачный огонёк напал на меня, ударил по глазам… Это его рук дело?

Се Лянь узнал в пострадавшем небожителя, который недавно тыкал в него пальцем и называл разбойником. Гнев в душе принца обернулся смехом:

— Какой ещё призрачный огонёк? Хотите присвоить себе эту территорию — так и скажите, ни к чему пытаться ещё сильнее меня опорочить!

Ярость в душе принца поднялась волной, выпады стали ещё более жестокими, на землю со звоном попадали сабли, копья, мечи и алебарды Богов Войны, выбитые обыкновенной, не толстой и не тонкой веткой.

Внезапно раздался крик:

— Схватили! Схватили! Вы поглядите!

Се Лянь на мгновение замер, увидев, как небожители сбились в кучу, а кто-то из них держит в руках нечто, поднимая высоко над собой со словами:

— Это и правда призрачный огонёк, его пособник! Вот и доказательство!

Се Лянь присмотрелся и в самом деле разглядел маленький, тускло горящий призрачный огонёк.

— Я не знаю, откуда он тут взялся! — в гневе вскричал принц. — С чего вы решили, что раз вам попался призрачный огонёк, то это непременно моих рук дело? Призрачные огни — не такая уж редкость! Или что же, на нём моё имя написано?!

Небожитель, что пострадал от огонька, держась за глаз, ответил:

— Да разве стал бы обычный призрачный огонёк кидаться мне в глаза? Если не ты ему приказал, какая тому ещё может быть причина?

Се Лянь возразил:

— Тогда я вот что скажу: — вполне возможно, что он лишь блуждающая душа, обитатель этих гор, которого вы случайно вспугнули, вот он и бросился в атаку как оголтелый! Что же это за доказательство?

Бог Войны, первым напавший на Се Ляня, одним рывком выхватил призрачный огонёк из рук коллеги.

— Плевать, кто ему что приказал, с подобными вредоносными тварями следует расправляться не мешкая! — Он тут же сжал пальцы, собираясь раздавить огонёк, развеяв душу по ветру.

У Се Ляня при виде этого вырвалось:

— Отпусти его!

Принц всё-таки не выдержал — он не мог позволить, чтобы чья-то одинокая душа погибла, случайно оказавшись в самом центре этого глупого фарса. Он бросился вперёд и напал на того Бога Войны. Но поскольку ему нужно было отобрать огонёк, пришлось немного убавить пыл, и силы оказались примерно равными. Как вдруг раздались крики сразу нескольких небесных чиновников чуть поодаль:

— А вот и ты! Скорее, поди сюда! Погляди-ка, что тут творится!

Похоже, явился кто-то ещё. Те, кто обернулся на крики, присоединялись:

— Ну наконец-то ты здесь!

— Долго же тебя пришлось ждать. Скорее, помоги нам!

Се Лянь вначале весьма удивился и подумал: «Неужели на выручку им подоспел какой-то очень сильный небожитель?» Затем на ум принцу пришла другая мысль: «Плевать, кто там явился, если станет меня притеснять, я и с ним вступлю в бой, что тут сложного?! Я никого не боюсь!!!»

Он никак не ожидал, что перед ним окажется Му Цин!

Сам Му Цин, очевидно, тоже не ожидал встретить Се Ляня в подобных обстоятельствах. Они растерянно переглянулись. Принц округлил глаза, немедля позабыв о сражении с Богами Войны, и промямлил:

— А ты что здесь делаешь? Ты разве не…

Но тут же осёкся, ведь заметил кое-что, заставившее всё понять и закрыть рот.

На Му Цине были надеты вовсе не старые чёрные одеяния, в которых он вместе с Се Лянем спасался от погони. А форма служащего Нижних Небес.

Когда-то, в бытность подручными Се Ляня как Бога Войны, Фэн Синь и Му Цин удостаивались немалых похвал, весьма привлекали внимание своими способностями. Впоследствии, когда Се Ляня низвергли, множество небесных чиновников жалели о том, что двоих помощников также низвергли вместе с принцем, а некоторые даже тайно дёргали за верёвочки, чтобы поинтересоваться, не желают ли двое перейти на службу в их дворец. И вполне возможно, что какой-то небожитель из восхищения Му Цином вернул его на Небеса в качестве своего младшего служащего.

Наверняка так и было. К тому же, сейчас дела у Му Цина явно шли неплохо, иначе он не оказался бы здесь вместе с другими небожителями в поисках благословенной земли для совместных тренировок в самосовершенствовании.

Се Лянь остался простым смертным, Му Цин же вернулся на Нижние Небеса. Обстоятельства сложились весьма иронично.

Тем временем Му Цин, с большим трудом приведя эмоции в порядок, спросил:

— Что здесь происходит?

Остальные наперебой принялись рассказывать ему, в чём дело. Се Лянь же стоял вдалеке, не в силах шевельнуться.

Он слышал, что никто не сообщил Му Цину о случае с грабежом. О чём это говорило?

О том, что Му Цин уже знал. Му Цин знал, что принц пошёл на грабёж!!!

Со лба Се Ляня капля за каплей катился холодный пот, он невольно отступил на два шага. Бог Войны, с которым принц только что сражался, вскричал, пыхтя от злости:

— Он хотел единолично занять чудесную землю, прогонял нас прочь! Му Цин, скорее окажи нам помощь!

Какую ещё помощь?

Он просил Му Цина помочь ему одолеть Се Ляня?

От гнева у Се Ляня занемела кожа на голове, он был потрясён до глубины души. С преогромным трудом принц пришёл в себя и, заикаясь от ярости, воскликнул:

— Вы… вы же всё перевернули с ног на голову, совсем стыд потеряли! Всё совершенно не так! Я ничего подобного не хотел!

А Му Цин просто стоял и слушал. Принц, охваченный волнением и злостью, вновь замахнулся веткой. Его противник, не в силах отразить удар, отступил и опять закричал:

— Му Цин! Ну что ты там встал как вкопанный?!

Другие небожители присоединились к крикуну, подгоняя Му Цина, но тот всё стоял с колеблющимся видом, словно не знал, стоит ли ему вмешиваться. Се Лянь, услышав, как остальные то и дело подстёгивают Му Цина напасть на принца вместе с ними, совершенно разъярился, подумав: «Му Цин не поступит так, как вы! Он мой друг и ни за что не станет помогать вам!!!»

В приступе ярости он вновь не рассчитал силу и выбил оружие из рук целого ряда противников. Остальные небожители, видя, что принц сражается всё с большей смелостью, поняли — дела их плохи, и поспешно закричали:

— Му Цин! Ты так и будешь смотреть, как он бесчинствует?!

Эмоции то и дело сменяли друг друга на лице Му Цина. Он шагнул вперёд, пальцы на его руках дрогнули. Стоящие рядом чиновники поторопили:

— Да не стой же как истукан, помогай!

И как назло, кто-то ехидно проговорил:

— Му Цин не желает вмешиваться, и его можно понять. Всё-таки он когда-то был приближённым служащим Его Высочества наследного принца. И пусть теперь Его Высочество занялся грабежом и захватом чудесных земель, всё же нелегко забыть о прежних тёплых отношениях хозяина и слуги. Хватит с нас и того, что Му Цин не стал бросаться на выручку Его Высочеству. Как можно ожидать, что он решит нам помочь?

Речи эти могли показаться оправданием, на самом же деле таили в себе коварство. В тот же миг на лбу Му Цина проявились тонкие синие жилки.

Атмосфера сделалась крайне неприятной, Се Лянь почувствовал неладное и позвал:

— Му Цин…

Он успел лишь назвать имя, но в следующий миг ощутил лёгкость в ладони, а следом треск, будто что-то сломалось.

Замерев, Се Лянь опустил взгляд и увидел, что сломалось его единственное «оружие» — ветка дерева. Принц вновь поднял голову, и в глаза ему бросилась длинная сабля, появившаяся в руках Му Цина.

И в эту секунду клинок был направлен на Се Ляня. А хозяин клинка ледяным тоном сказал:

— Прошу тебя уйти.

— …

Се Лянь, сжимая в руке обрубок ветки, долго молчал, глядя на Му Цина. Затем произнёс:

— Я… не хотел по-настоящему никого грабить. И ничьи земли я не отнимал. Я первым сюда пришёл.

— …

Му Цин без всякого выражения на лице повторил:

— Прошу тебя уйти.

Се Лянь, не отрывая от него взгляда, поколебавшись, спросил:

— Ты же знаешь, что я не лгу?

Принц задавал этот вопрос с надеждой и в то же время не без страха. Голос в его душе говорил — не спрашивай, развернись и уходи! Но всё же Се Лянь не удержался, спросил.

Му Цин ещё ничего не ответил, когда Се Лянь вдруг повалился вперёд, тяжело рухнув на землю.

Под ногами была грязь горной тропы, покрытой ямами и рытвинами, усыпанной камнями и сухими листьями. Се Лянь упал, широко раскрыв глаза, всё ещё не в силах поверить.

Неизвестно, который из небожителей, воспользовавшись замешательством принца, толкнул его в спину, чтобы тот перед столькими свидетелями выставил себя в худшем свете.

И впрямь, хуже некуда. Вокруг поднялся шум голосов, оглушающих, накрывающих волной, Се Лянь слушал их, широко распахнув глаза, глядя на чернеющую землю. Затем он медленно, очень медленно поднял голову и посмотрел на Му Цина.

Тот стоял неподалёку, среди остальных небожителей, и даже не удостаивал принца взглядом, повернув голову в сторону. Так же как и другие, он явно не собирался протянуть руку и помочь Се Ляню подняться.

Тогда Се Лянь понял — никто не поможет ему подняться.

Он ещё долго лежал, прежде чем медленно встать самому.

Небесные чиновники, решив, что принц вновь бросится в атаку, приготовились и насторожились, но Се Лянь не напал больше ни на кого, только, опустив голову, что-то поискал на земле, молча поднял и закинул на спину мешок, который собрала ему в дорогу матушка, повернулся и, медленно ступая, направился вниз с горы.

Он шёл, шёл, и шаги его становились всё быстрее. Вскоре Се Лянь уже бежал, словно безумный.

На одном дыхании он нёсся с горы, не останавливаясь передохнуть ни на мгновение. Неизвестно, как долго он бежал, но вдруг сделал неосторожный шаг и вновь покатился кубарем. Лишь тогда выдох, который он всё это время держал в груди, вырвался из лёгких вместе с привкусом крови.

В расстроенных чувствах принц и не думал подниматься, просто сидел на земле, пытаясь отдышаться. Даже когда его дыхание постепенно стало ровным, Се Лянь всё равно не собирался вставать, так и сидел, глядя перед собой, в пустоту.

И вдруг кто-то протянул ему руку.

Се Лянь, замешкавшись, моргнул, поднял глаза и увидел перед собой Му Цина.

Тот стоял перед принцем с немного потемневшим лицом и протягивал руку. Спустя несколько мгновений послышался его голос, прозвучавший без тени теплоты:

— Ты в порядке?

Се Лянь отупело глядел на него и молчал.

Может быть, этот жутковатый взгляд заставил Му Цина почувствовать себя неуютно, и тот отвёл глаза.

Но руку не опустил, говоря:

— Поднимайся.

Только его помощь подоспела слишком поздно.

Се Лянь не принял руки. И не поднялся. Только уставился, не мигая, прямо на Му Цина.

Они ещё долго вот так не двигались, и лицо Му Цина мрачнело всё сильнее. Он уже собирался опустить руку, когда Се Лянь вдруг схватил ком грязи и запустил в него.

Му Цин такого поступка от принца не ожидал — даже не мог точно сказать, что это — грубость или ребячество. На его груди мгновенно расползлось грязное пятно, и на лицо попали точки брызг, а душу охватило потрясение. Гнев не заставил себя ждать, поднялся мгновенно, но Му Цин усилием воли подавил порыв и тихо сказал:

— У меня ведь тоже не было выбора!

У него действительно не было выбора. Видимо, у Му Цина с теми чиновниками сложились неплохие отношения. Останься он просто стоять и смотреть, как Се Лянь избивает божественных коллег, или, того хуже, реши кто-нибудь, что Му Цин на стороне Се Ляня, — ему бы в будущем пришлось нелегко.

Се Лянь словно разучился говорить, только хватал с земли комья грязи и всё бросал и бросал в Му Цина. Тот отбил несколько атак, но вскоре защита провалилась, и он в гневе заорал:

— Ты сдурел?! Я же сказал — у меня не было выбора, ведь ты тоже пошёл на грабёж из отсутствия выбора?!

Прочь! Прочь! Пошёл прочь!

У Се Ляня в голове крутились только эти слова, но даже их он не мог выговорить, лишь как безумный хватал всё, что попадалось под руку, и бросал в Му Цина. Впрочем, ему было плевать, в кого бросаться. В результате Му Цин не выдержал — с тёмным как железо лицом взмахнул рукавами и удалился. Се Лянь, тяжело дыша, вновь уселся на землю и уставился перед собой.

Так и просидел до самой темноты.

Когда стемнело, неизвестно откуда налетело множество тусклых блуждающих огоньков, которые заплясали в воздухе. Се Лянь, словно не замечая их, даже бровью не повёл.

Однако огоньки, похоже, не желали мириться с тем, что принц не удостоил их вниманием, всё плотнее собираясь вокруг. Се Лянь по-прежнему смотрел в пустоту.

Покуда в этих огоньках не появилась человеческая фигура.

Явление этого существа всегда сопровождалось сильнейшим недобрым предчувствием. Се Лянь, что-то ощутив, медленно поднял голову.

В десяти шагах от него среди бесчисленных парящих огоньков стояла фигура в белых одеждах, на лице её одной половиной зловеще улыбалась маска.

Он мягким тоном произнёс:

— Здравствуй, Ваше Высочество.