Глава 630. •
630. Духи предков
Лин Юнь обошёл дворец и легко нашёл массив.
Массив располагался перед ступенями.
Лин Юнь достал чернила, перо, дюжину листов бумаги и принялся быстро делать вычисления, заполняя листы множеством неразборчивых символов и цифр. Минут десять спустя Лин Юнь убрал бумагу и достал кристальную кисть, чтобы перейти ко взлому массива.
Спустя еще десять минут он коснулся руны на первой ступени.
Раздался механический скрежет, и пол перед ступенями провалился.
Сопровождаемая дрожью из полости поднялась небольшая платформа. Платформа выглядела так, словно на ней было сложено вместе много массивов, великое множество узоров сходилось к выемке посередине.
В выемке располагался малиновый кристалл размером с книгу. Кристалл был многогранным, и внутри медленно покачивалось пламя похожего цвета.
«Расплавленное ядро! Оно и правда тут! Я знал это, дворец не мог питать трон бушующего пламени сам по себе. Чтобы император бушующего пламени завоевалБушующего пламени, у него должно было быть в арсенале что-то вроде расплавленного ядра. К тому же, что еще могло быть более подходящим для питания трона бушующего пламени?»
Рассказывали, что расплавленное ядро – это ядро Вулканического горного хребта. Если бы расплавленное ядро не было извлечено, вулканы никогда бы не прекратили извергаться. Расплавленным ядром подпитывались даже многие вулканы во всём мире Бушующего пламени.
И согласно легендам, пока император бушующего пламени завоёвывалБушующего пламени, он освоил и его вулканы. Многие из них потухли, и лишь немногие оставались всё ещё активными на всем хребте.
Для зверолюдей бушующего пламени это было чудом, поскольку они считали вулканы раздражающими.
Похоже, император бушующего пламени выкопал расплавленное ядро, в котором содержалась ужасающая мана.
На лице Лин Юня заиграла улыбка, он посмотрел на спящего императора бушующего пламени.
У Эндерфа широко распахнулись глаза при взгляде на расплавленное ядро. Сглотнув, он приблизился к Лин Юню, и заговорил со льстивой улыбкой:
– Мерлин, видишь ли, с этим алхимическим водоворотом маны твоя мана уменьшилась на треть. Должно быть, это сильно отразилось на твоей боевой мощи, ты должен забрать его обратно, а я вместо этого могу использовать это расплавленное ядро…
Сказав это, Эндерфа тут же почувствовал горечь. Хотя он знал, что расплавленное ядро – это лучший выбор для колеса десяти тысяч заклинаний, он не мог сдержаться.
«Чёрт, стартовать с таким огромным элементным янтарем – это редкость, но он разбился и его заменили алхимическим водоворотом маны, теперь его производительность слишком низкая. В данный момент колесо заклинаний может максимум проявить силу истинного духовного артефакта низкого ранга из-за ограничения маны».
Лин Юнь посмотрел на Эндерфу со странной улыбкой. Немного помолчав, он усмехнулся:
– Правда, что ли, куда еще мне поместить эту штуку, кроме колеса заклинаний?
Эндерфа выглядел расстроенным, но немедленно посмеялся в ответ.
Лин Юнь мотнул головой и вернулся к размышлениям о том, как извлечь расплавленное ядро.
Расплавленное ядро было источником маны дворца. Ну, большая часть его маны использовалась для снабжения трона бушующего пламени.
Извлечение ядра было непростой задачей. Массивы были тщательно вырезаны с фокусом на безопасности расплавленного ядра.
Исписав новую стопку черновиков, Лин Юнь со всей серьезностью вывел первую руну своей кристальной кистью, начиная взлом…
Однако с появлением этой руны послышался громкий скрежет.
И с двух сторон из углублений в полу появились две колонны.
С первого взгляда на эти колонны Лин Юнь знал, что это будет огромной проблемой…
На одной колонне был вырезан грозный зверочеловек-воин с острым взглядом и толстым тотемическим столбом в качестве оружия.
На другой колонне был вырезан зверочеловек-шаман в меховой шапке и с лёгким посохом.
В момент, когда поднялись эти две колонны, Лин Юнь решительно отказался от взлома массива и стремительно отступил.
И разумеется, несколько секунд спустя колонны засияли, и две фигуры исчезли с колонн.
Слева появился полуголый зверочеловек-воин ростом два с половиной метра с чёрным тотемическим столбом толщиной в целый метр на плечах.
А справа был зверочеловек похожего размера в меховой шапке и шаманской одежде с магический посох, который мерцал молниями.
Эндерфа взвыл с досады:
Лин Юнь был согласен, что это довольно проблематично. Духи предков были более раздражающими, чем предыдущие полуличи.
У полуличей был смертельный изъян, а эти духи предков знали, что жизнь им дана благодаря тотемам. Если тотемы будут уничтожены, то они развеются сами по себе.
Вот только эти духи предков 38-го уровня всё же были стражами дворца императора бушующего пламени. Очевидно, что уничтожение тотемов по трудности было таким же, как продвижение до небесного уровня.
Зеус, который ждал у входа, тревожно вскричал, увидев предков.
Хотя у него не было маны, его тело почти восстановилось. Но при взгляде на этих двоих его ноги ослабли, и он чуть не рухнул на пол.
Он хотел бежать, но вспомнил то, что ранее сказал Лин Юнь. Это место было землёй иллюзий.
Прислонившись к одной из колонн у входа, он смотрел на происходящее с болезненным выражением. Хотя у него не было маны, у него оставался опыт, и он был очень хорошо знаком с духами предков.
Самым большим препятствием в завоевании мира Бушующего пламени были те самые священные духи предков.
Духи предков были особенностью зверолюдей. Когда предок зверочеловек приобретал славу героя, его или её душа не рассеивалась, а прикреплялась к заранее подготовленному тотему.
В момент, когда зверочеловек обретал славу героя, старшие зверолюди начинали делать тотем. Тот тотем представлял героя, он перемещался по миру зверолюдей, и остальные зверолюди ему поклонялись.
В процессе к тотему можно было добавлять различные материалы, и после нескольких лет поклонения он развивал особый вид силы, которая делала тотемы всё сильнее и сильнее.
С момента создания простой тотем не мог сравниться с магическим инструментом, но по мере того, как всё больше и больше зверолюдей оставляли свои следы и своё поклонение, почитаемый тотем становился все сильнее, и даже материалы преобразовывались, полностью отличаясь от того, чем были в начале.
Душа же героя прикреплялась к тотему и становилась духом предка, который охранял зверолюдей.
Защищая зверолюдей, они привлекали еще больше поклонения, что делало их ещё сильнее, и создавался цикл, который усиливал себя.
В мире Бушующего пламени, когда племя было доведено до предела, зверолюди призывали дух предка, и это явление было очень раздражающим.
Вначале дух предка была чрезвычайно слабым, но со временем после достижения 35-го уровня каждый новый уровень приносил качественное изменение.
В точности, как с этими двумя духами предков, которые ничем не отличались от реальных людей в данный момент.
Более того, они всегда проявляли силу на пике своих возможностей, даже когда их избивали.
При их уничтожении даже если оставался всего лишь кусочек тела, духи предков быстро восстанавливались. Они были практически неубиваемыми, если не был уничтожен их тотем.
Это та часть, которая причиняла магам головную боль.
Более того, было неизвестно, сколько зверолюдей поклонялось этим двум духам. Их сила могла достигать даже 39-го уровня…
Особенно потому, что один из них был воином, а другой шаманом молний.
Беспокойство Зеуса было не беспричинным. Среди зверолюдей не многие могли использовать тотемы как оружие, и самыми знаменитыми были воины-тотемисты из зверолюдей быков.
Их огромные орудия и огромные тела выглядели очень угнетающе.
Что касается второго, не многие шаманы могли участвовать в битве непосредственно, поскольку они обычно играли роль поддержки. Но в крупномасштабной войне маг просто не мог сравниться с шаманом. Их поддерживающие способности могли поднять боевую эффективность и выживаемость войск на невероятную высоту.
И только шаман молний мог сам участвовать в битве…
У Лин Юня разболелась голова, когда он увидел этих двух духов предков. Хотя он и не знал их имён, знаменитых шаманов молний и воинов-тотемистов быков было не много.
И все они были безжалостными бойцами.
Дух предка воина-тотемиста 38-го уровня наверняка имел силу 39-го уровня.
Воин-тотемист вышел вперед, приближаясь, каждый его шаг преодолевал большое расстояние. Хотя он шёл не быстро, его ни в коем случае нельзя было назвать медлительным.
Каждый его шаг заставлял землю дрожать. А взмах тотема на его плече создавал огромное давление.
Лин Юнь, Эндерфа, марионетка и Рейна выпустили свои заклинания одновременно. Но когда заклинания подлетели к воину-тотемисту, все увидели вспышку молнии, которая вилась вокруг зверочеловека быка.
Это быстро вращались два щита молний. Множество синих клинков электричества столкнулось с потоком заклинаний и останавливая их все.
После трёх секунд вращения щиты молний, казалось, приняли форму острого наконечника, и все заклинания, которые сыпались на зверочеловека быка, теперь выглядели как река, встретившая скалу. Они разделились, обтекая ее с двух сторон, скала же стояла крепко.