Глава 534. •
534. Источник всей мудрости
Теперь Лин Юнь был почти уверен, что этот кусочек металла лишний в механической системе и не давал никакого эффекта.
Может быть, Темный мудрец отвлекся при создании механической системы и случайно забыл в ней посторонний металл?
Но такая возможность была крайне ничтожна. Из того, что Лин Юнь знал о Темном мудреце, он был очень строг, особенно в области алхимии. Он был могильщиком серебряной эры, разве мог он допустить такую грубую ошибку?
В таком случае...
Единственный возможный вариант – этот кусочек металла скрывал какой-то секрет.
Лин Юнь нахмурился и принялся вливать ману в металл.
Одна минута, две минуты, три минуты...
Лин Юнь ждал, время шло, но кусочек никак не реагировал, и декоративный узор оставался прежним. Металл выглядел как обычный металл, не прошедший никакой обработки. Оставалось только отказаться от этой затеи.
Теперь у него не было никаких идей...
Но он не сомневался, что этот кусочек металла непростой.
Какой же метод ему использовать?
Лин Юнь хмурился, углубляясь в свои мысли. И тут от входа донесся робкий голос.
– Мастер Мерлин, я... могу я войти?
– Входи...
– Да, мастер Мерлин... – осторожно вошел Сюбань с побоищем в руках. – Мастер Мерлин, я позаботился о том, о чем ты просил.
– А... – Лин Юнь мрачно посмотрел на зверочеловека-дракона, затем перевел взгляд на декоративный узор на кусочке металла.
Этого взгляда было достаточно, чтобы напугать Сюбаня. Он застыл на месте, словно окаменел, и не смел пошевелиться. Он уже достаточно узнал Лин Юня и понимал, что тот сейчас не в лучшем настроении. Чтобы не навлечь на себя беду, он мог только притихнуть, как мышка, но не мог уйти, так как Лин Юнь не отпускал его.
Промучившись полчаса, зверочеловек понял, что с Лин Юнем действительно что-то не так. Его взгляд замер на том предмете, который он держал в руках.
«Что за вещь смогла так приковать внимание мастера Мерлина?»
Сюбань больше не мог сдерживать любопытство, очень осторожно приблизившись, он вытянул голову, чтобы получше рассмотреть вещь в руках Мерлина.
Увидев, что это всего лишь кусок металла, он не смог скрыть своего разочарования.
– Что ты делаешь? – Лин Юнь внезапно повернулся и резко посмотрел на драконочеловека, источая холодную ауру.
– Аааа!
Их лица оказались на расстоянии меньше полуметра друг от друга, когда Лин Юнь внезапно повернулся. Сюбань невольно отступил на несколько шагов, по его спине потек холодный пот.
– Мастер... мастер Мерлин, я ошибся. Мне было просто любопытно.
– Ха-ха, любопытно...
Услышав издевательскую усмешку Лин Юня, Сюбань, каким бы недалеким ни был, понял, что Лин Юнь злится. Он знал, что последствия будут очень серьезными.
«Что же сделать... что же сделать?»
Зверочеловек-дракон запаниковал. Он знал, к чему может привести гнев Лин Юня, и тут он заметил, как в воздухе появилось пламя.
Это был Сюдос!
– Ах... мастер Мерлин, твоя картина чудо как хороша... – увидев появление Сюдоса, зверочеловек перепугался до смерти. Он указал на декоративный узор на кусочке металла и попытался успокоить Лин Юня, воспользовавшись своими глупыми мозгами.
– Похоже, ты и правда хочешь, чтобы Сюйдос поучил тебя, как должен вести себя зверочеловек... – услышав нелепую лесть Сюбаня, Лин Юнь стал еще холоднее и помрачнел еще больше. Он не мог понять ход мыслей Сюбаня... Каким образом этот рисунок мог показаться картиной?
«Постойте-ка...»
Лин Юнь замер, как раз когда Сюдос собирался начать свой урок для Сюбаня.
«Точно, почему этот узор не мог быть нарисованным?»
Похоже, что он невольно усложнил себе задачу.
– Мастер Мерлин, я был неправ, я и правда был неправ... – Сюбань опустил голову, расписываясь в собственной неправоте и дрожа от страха, но тут он заметил, что Сюдос исчез.
Лин Юнь снова заговорил, но уже не так расстроенно, как раньше.
– Сюйбань, ты так и будешь здесь стоять?
– Нет, нет... – драконочеловек в тревоге замахал руками. Хотя он и не знал, что случилось с Лин Юнем, и почему он не наказал его, для него это было удачей.
Зверочеловек-дракон стремглав покинул палатку, унося с собой побоище.
Лин Юнь досадливо хмыкнул и, направив сильные колебания маны, произнес заклинание увеличения, которое вывело рисунок на большой экран. И точно, это была картина. Лин Юнь обалдел, когда увидел это, вот только картинка на экране все еще была несколько нечеткой.
Он немного подправил изображение, и оно стало намного четче. На самом деле картин было целых четыре. На первой картине был изображен внушительный силуэт, разрывающий бесконечную пустоту. В этом не было ничего особенного, но Лин Юнь нахмурился, так как по пропорциям картины понял, что силуэт должен быть не меньше ста метров в высоту.
Что это значит?
С момента рождения Носцента, кроме драконов, единственным разумным видом с таким огромным телосложением была раса древних богов. Силуэт в первой сцене, очевидно, не был драконом, Лин Юнь мог отчетливо разглядеть форму его четырех конечностей и головы.
Должно быть, это древнее божество...
В этот момент Лин Юнь понял, что секрет этого куска металла может быть глубже, чем он думал. Ведь силуэт, изображенный на картинке, принадлежал тому, что было табу, древнему богу.
Лин Юнь разглядывал ее несколько минут, затем переключил внимание на вторую картину. На ней был изображен древний бог, весь покрытый кровавыми ранами, очевидно, он был в тяжелом состоянии.
– Не может быть... – Лин Юнь снова опешил. Это был древний бог, сила которого превосходила небесный уровень. Он не мог понять... Что за существо могло так сильно ранить древнее божество в ту эпоху?
Ошеломленный Лин Юнь повернулся к третьей картине, где древний бог падал из пустоты в пылающую область, а на четвертой картине древний бог был погружен в безграничное пламя.
«Древний бог действительно так погиб?»
Лин Юнь несколько раз осмотрел все четыре картины и, убедившись, что ничего не пропустил, начал строить предположения. Вероятно, древний бог прорвался сквозь пространство и достиг области, где столкнулся с очень грозным врагом. В итоге древний бог был серьезно ранен и упал в пылающее пространство, и больше не выбрался из него...
Хотя враг древнего бога не появлялся на картинах, Лин Юнь был уверен, что это ужасающее существо.
Но где же было то место, которое находилось по ту сторону разлома?
Пламя... повсюду пламя...
Это, несомненно, была очень важная информация...
Лин Юнь нахмурился, глядя на третью и четвертую картины, и вспомнил слова небесной марионетки в поместье семьи Мерлинов: «Конец Ревущей реки...»
«Поле битвы древнего бога и ужасающего существа... Может быть, это мир Бушующего пламени?»
Лин Юнь с ужасом думал о такой возможности.
Но...
Ревущая река была огненной рекой длиной в несколько километров, как и на третьей и четвертой картинах.
Это невольно наталкивало Лин Юня на определенную догадку.
Лин Юнь взял перо и перерисовал все четыре картины. Закончив, он снова поднял кусочек металла и посмотрел на другую сторону. Она была гладкой, без каких-либо узоров. Немного подумав, он все же произнес заклинание увеличения. И Лин Юнь увидел ряд символов.
«Язык древних богов...»
Внимательно посмотрев на него, Лин Юнь глубоко вздохнул. Он смог понять предложение.
«Источник... всей мудрости...»
Язык древних богов обладал некой магической энергией. На перевод нескольких символов у Лин Юня ушли все силы. Парень положил кусок металла на стол для очистки и, приводя дыхание в норму, задумался.
Только цивилизацию древних божеств можно было назвать источником всей мудрости. Они были первыми из пяти разумных рас, родившихся в Носценте, они создали асцианские символы. Маги считали их источником всех знаний.
Фраза «Источник всей мудрости», написанная на обратной стороне кусочка металла, озадачила Лин Юня. Он был уверен, что это важная подсказка, но Лин Юнь не мог понять, что она означает. Может быть, это личность древнего бога?
Если эта догадка верна, то, возможно, древний бог, упавший в мир Бушующего пламени, был тем самым Констансом, о котором говорили все маги на пике эры магии.
Если точнее, Констанс был лишь вторым после древнего бога – короля древних богов, он был мудрецом семидесяти двух древних богов и создателем рун Асциан.
На пике эры магии маги вздыхали о мудрости Констанса. Его имя даже считалось символом мудрости.