Глава 16.2: Порочный путь •
Лу Цзю впервые увидела такой урон от профессионального игрока (не считая их с Шэнь Цзюйфэном). А у этого типа и правда были способности.
Увидев такую атаку, Шэнь Цзюйфэн лишь слегка нахмурился, а вот интеллигентный мужчина побледнел от ужаса и поспешно отступил.
«Что это за монстр! Нанес такой огромный урон, да еще и отразил половину моего!»
У него сейчас осталось всего половина здоровья. Если бы он нанес в два раза больше урона, то убил бы себя собственной же атакой. Одна лишь мысль об этом заставила его содрогнуться. Впервые он был рад, что его урон не так уж высок.
— Что, с таким количеством здоровья уже так паникуешь? — насмешливо спросил Шэнь Цзюйфэн.
Интеллигент отступил к своим товарищам. Двое других верзил впервые видели своего главу м таким выражением лица, будто тот призрака увидел. Не обращая внимания на насмешки Шэнь Цзюйфэна, он тихо сказал стоящим рядом:
— У него есть навык возврата урона. Этот урод отразил половину нанесенного мной урона.
Мужчины рядом ахнули. Навыки в этом мире действительно бывают такими разными и удивительными.
— Тогда мы..? — спросили они. Стоило ли им продолжать сражение?
Учтивый молодой человек собрался с мыслями и с трудом выжал улыбку на своем бледном лице:
— Мы действительно вас побеспокоили. Мы с братьями сейчас уйдем. Надеюсь, вы, господа, не станете держать зла на таких мелких людишек.
«Ну и наглость!»
— О, значит, когда не выходит победить силой — пытаетесь уйти, прикинувшись безобидными? А я дала на это разрешение? — черные глаза Лу Цзю впились в незнакомого мужчину и его товарищей, и от этого взгляда интеллигентному типу стало не по себе. Она продолжила: — Думали, вы охотники, а на самом деле самая настоящая добыча. Достоин ли ты быть «охотником»?*
П.п.: Идиома «螳螂捕蝉，黄雀在后» (tángláng bǔ chán, huángquè zài hòu) — в буквальном переводе: «богомол подкрадывается к цикаде, не замечая иволгу позади». Это выражение часто используется для описания человека недальновидного, заботящегося только о сиюминутной выгоде и не видящего более серьезного кризиса, скрывающегося за ним. Эта идиома также часто используется для описания ситуации, когда две стороны борются за интересы, а третья сторона тайно извлекает выгоду.
Интеллигент с его натянутой улыбочкой не выдержал. С начала апокалипсиса его так не унижали.
Тут Шэнь Цзюйфэн взял Лу Цзю за руку, успокаивая. В этот момент его лицо было скрыто тенью из-за льющегося позади света. Стоящие рядом не могли его разглядеть, и было слышно только его голос:
— Вы убивали других игроков? Что выпадает при убийстве? Если ответите честно, — отпущу. — сказал Шэнь Цзюйфэн, а затем добавил: — Только без фокусов. Поверьте, мы можем убить вас всех троих за секунду.
На лбу «вежливого» мужчины выступил пот. Помедлив несколько секунд, словно ведя мнимую борьбу с собой, он ответил:
— Не так давно мы убили одного, с кем у нас были разногласия. После убийства выпало его снаряжение. Не знаю, все ли это было, но выпали только предметы и снаряжение. Больше ничего.
То есть игра не поощряет убийство игроков — за них нет награды, как за монстров. По крайней мере, это можно считать хорошим знаком. Что касается выпадения снаряжения, то это тоже своего рода грабеж, причем весьма радикальный.
— Убирайтесь. И чтобы никто не узнал о сегодняшнем инциденте. Ясно?
Услышав ледяной голос Шэнь Цзюйфэна, интеллигентный парень, не оглядываясь, увел своих приспешников.
— У меня нехорошее предчувствие, — вдруг сказала Лу Цзю.
— Да. Рано или поздно кто-то еще поймет, что убийство игроков — это выгодное дело.
Тогда игроки-первопроходцы станут живыми мишенями. В мире, где все хотят выжить, полный грабеж снаряжения и предметов — это порочный путь.
Подумав об этом, Лу Цзю немного забеспокоилась. Она не боялась, что на нее нападут, просто не хотела, чтобы такой круг запустился в принципе.