Глава 496: Дай мне подержать его хоть раз. •
Муданский странствующий бессмертный.
Это был известный мастер, вышедший из секты Мудан, и одновременно человек, которого считали самым странным из всех.
Он был учеником нынешнего главы секты Мудан, а также тем, чье имя неизменно всплывало, когда речь заходила о сильнейших мастерах Мудана.
Десять с лишним лет назад он сразился с Хёк Очхуном, «Призрачным клинком семи сравнений» из Пятерки мастеров Войны Кровавого Демона, и одержал над ним победу.
Подобно «Мечу цветущей сливы», он в одиночку заблокировал Врата Демонического Мира, возникшие в селении простых людей.
Опираясь на подобные свершения, он однажды едва не вступил в спор с нынешним Императором Меча, Намгун Чжином, за вакантное место Императора Меча.
Однако из-за череды странных поступков, совершенных им впоследствии, его имя так и не было внесено в список.
Странствующий бессмертный терпеть не мог помогать кому-либо, и, хотя его называли даосом, он с удовольствием предавался вину и мясу.
В отличие от «спокойного потока», который проповедовала секта Мудан, он вел себя слишком грубо и непредсказуемо.
Бывало, что он внезапно начинал громко хохотать, а в следующую секунду, невесть почему, выхватывал меч и рубил противника в капусту.
Позже выяснялось, что тот человек был развратником, который изнасиловал множество женщин в селении, так что споры утихали.
Но даже после этого случая странствующий бессмертный часто учинял беспорядки без видимой причины, из-за чего в народе даже ходили слухи, будто секта Мудан, не желая терпеть его выходки, просто выставила его за дверь.
Обладая выдающейся силой и мастерством.
Он спасал бедняков и проявлял рыцарский дух, но в то же время часто вел себя как последний негодяй, что совсем не подобало даосу.
Именно поэтому люди и прозвали его странствующим бессмертным.
Однако.
Эта история для странствующего бессмертного из Мудана… нет, для Намгун Хёна была довольно обидной.
Ведь в том, что его называли таким негодяем, по большей части был виноват скверный старик, поселившийся у него в душе.
В жизни Намгун Хёна было немало трудностей.
Но если выбрать самое значимое событие, то это, безусловно, был момент, когда он взял в руки Громовой Клык.
— Нашел.
Таинственный жезл, лежавший в самом центре хранилища артефактов клана Намгун.
Можно без преувеличения сказать, что именно тогда жизнь Намгун Хёна изменилась навсегда.
— Ты и есть тот самый. Воля небес, которой суждено возродить клан Намгун.
Он помнил голос, пронзивший слух, когда он, окровавленными руками, коснулся жезла.
Как он мог забыть тот голос, полный страстного желания, доносившийся из изможденного тела?
Намгун Хёну, который хриплым, надтреснутым голосом спросил, кто он такой, Громовой Клык тогда ответил:
— Я — Намгун Мён.
— Неважно, кто ты. Если точно известно, что в тебе течет кровь клана Намгун, остальное не имеет значения.
Намгун Мён.
Когда Намгун Хён поднял голову, услышав имя, которое где-то уже встречал, Громовой Клык, лежавший на столе, начал постепенно излучать свет.
— Возьми его.
— Возьми Громовой Клык и исполни мою волю. И тогда…
— …мы возродим павший клан Намгун.
Юный Намгун Хён не понимал, о чем речь.
Клан Намгун, который до сих пор считался знатным домом, являясь опорой Четырех Благородных Кланов.
Где именно он пал, и как его можно было возродить еще больше?
Намгун Хён не понимал ни слова из того, что говорил Намгун Мён.
И все же он взял Громовой Клык.
Причина была лишь одна.
Ему казалось, что если он возьмет Громовой Клык, то сможет сбежать из этого пугающего и омерзительного дома.
Охваченный этим странным чувством, Намгун Хён схватился за Громовой Клык.
И, к счастью.
Намгун Хён смог сбежать из клана Намгун.
Однако.
Это вовсе не было истинной волей Намгун Мёна.
Наступил полдень, как и всегда.
Намгун Хён, как обычно, вдоволь помахав мечом, сидел на валуне и утолял голод.
В тот момент, когда он запихивал в рот очередной комок риса.
[Долго ты еще собираешься упрямиться?]
Холодный голос прозвучал в ушах Намгун Хёна.
Это тоже было частью его повседневности, как и всегда.
[Пора бы уже остановиться.]
Не спеша с ответом, Намгун Хён проглотил остатки еды и запил водой.
Когда все три рисовых шарика оказались внутри, он наконец почувствовал, что немного наелся.
В тот самый миг, когда он хотел спокойно насладиться отдыхом.
[То, что сказал твой дед в прошлый раз… мне тоже не по душе, но я считаю, что это неплохой вариант.]
«…Ха-а…»
Он пытался изо всех сил игнорировать его, но тот все равно вынуждал ответить.
Может, потому что он дух, он совсем не устает?
— Похоже, упрямишься здесь не я.
[Потомок.]
— Старик, сколько еще ты собираешься упрямиться? Я ведь с самого начала сказал: не собираюсь я возвращаться в этот дом.
[Как может потомок клана Намгун заявлять, что не вернется в клан Намгун?]
— Если мне что-то не нравится, я ухожу, в чем проблема? Клан что, развалится без меня?
[Да, развалится, поэтому я и говорю тебе это.]
— Уму непостижимо, честное слово.
Намгун Хён был вынужден горько усмехнуться в ответ на решительные слова Намгун Мёна.
— Старик. Если клан может развалиться из-за отсутствия одного меня, то пусть он лучше развалится вовсе.
[Ах ты, негодник…!]
— Похоже, слова деда не дают тебе покоя. Оставь это. Если бы я поддался на подобные уговоры, то сделал бы это давным-давно.
Собственный дед. Намгун Хён вспомнил слова, сказанные ему Чхонджоном при встрече.
Если он вернется в клан Намгун, ему могут отдать место главы клана?
Намгун Хён скривил губы, вспоминая своего сводного брата, который из кожи вон лез, чтобы заполучить это кресло.
«Место, которое может улетучиться от одного лишь жеста деда — и что в нем такого?»
Ему это неинтересно. Даже если приставят нож к горлу, у Намгун Хёна не было ни малейшего желания возвращаться в клан Намгун.
Проблема была в том, что даже в секте Мудан подняли шум, требуя его возвращения, а теперь еще и Чхонджон… всё это лишь раздражало.
«Пора переезжать».
Прошел уже год с тех пор, как он обосновался в Сычуани.
Он думал, что нашел место, о котором никто не знает, и жил тихо, но…
Как они вообще узнали, где он?
«Ученик точно не мог проболтаться».
Он верил, что Ухёк — не тот человек, который будет разносить слухи о Намгун Хёне.
«В любом случае, стало хлопотно».
Место было неплохим, он собирался пробыть здесь еще года два-три, но раз уж объявился Чхонджон, похоже, придется уходить.
Куда отправиться на этот раз?
«Может, податься в Бэйхай?»
Неплохая мысль. Это место, куда он однажды хотел заглянуть. Замерзшая земля, куда не вмешиваются ни праведные, ни неправедные.
Отличное место, чтобы отправиться в беззаботное странствие.
[Потомок.]
Пока он обдумывал планы, заговорил Намгун Мён.
Намгун Хён слегка выдохнул через нос и ответил ему:
— Как мы и договаривались изначально. Я закончу твой меч и передам его клану Намгун. Разве не для этого я день и ночь машу клинком?
[....]
— Если ты ждешь от меня чего-то большего, то просто оставь меня в покое, ладно? Если я скажу, что вернусь в клан, ты ведь будешь только рад, верно?
Намгун Хён произнес это с таким видом, будто всё происходящее — сплошная обуза, и только тогда Громовой Клык перестал вибрировать.
Почувствовав это, Намгун Хён мысленно вздохнул.
Он понимал волю Намгун Мёна и старался уважать её, ведь тот когда-то помог ему, но…
Воплощать эту волю в жизнь должен не он. Да и желания такого не было.
Додумав до этого, Намгун Хён попытался сменить тему.
— Забудь. Ты так и не расскажешь мне всё до конца о том случае?
[…О чем ты?]
— О том, когда приходил тот маленький монстр.
Маленький монстр. Он имел в виду того паренька, которого привел его ученик, назвав своим другом.
Намгун Хён считал, что название, которое он придумал, подходит идеально.
Если это не монстр, то кто тогда?
Намгун Хён был уверен, что его ученик покорит этот мир. У того был талант соответствующего уровня, и он схватывал десять вещей, стоило объяснить одну — Намгун Хён был уверен, что тот добьется великих высот.
Жаль, что он был немного ленив и любил поспать, но он считал, что даже это перекрывается талантом.
«Но разница в уровне просто поразительна».
Соёмра, кажется, так его называли?
Маленький монстр, который в последнее время будоражил весь Чжунвон, был совершенно иного уровня, если сравнивать его с учеником Намгун Хёна.
Воин, который уже был завершен или близок к завершению.
Его развязная манера и наглый вид немного раздражали, но Намгун Хён видел скрытое в нем лезвие.
Такое лезвие, которое, стоит его обнажить, изрежет всё вокруг.
Впрочем…
«Сын монстра не может не быть монстром».
Глядя на юнца из клана Гу по прозвищу Соёмра, Намгун Хён вспомнил главу того клана.
Стоило вспомнить встречу с тем человеком, как у Намгун Хёна по спине пробегали мурашки.
Как можно забыть то зрелище, когда горела не только земля, но и само небо?
Длинные волосы, окрашенные в алый цвет, подобно жару, и пылающие вместе с ними красные глаза.
Схватив за горло Хёк Очхуна, которого называли «Демоническим парным мечом» из Пяти Императоров Сама, он посмотрел на Намгун Хёна и сказал:
— Ты меня опередил.
После этих слов он растворился, превратившись в искры. Это был лишь миг, но Намгун Хён не мог забыть тот облик.
Его не победить.
То, как он небрежно подавил Хёк Очхуна, который отчаянно сопротивлялся, будучи на грани поражения, и то огромное присутствие, что ощущалось вокруг него…
Намгун Мён был уверен.
Он не сможет его победить. Пока он предавался этим воспоминаниям, вызывавшим бурю эмоций, Намгун Мён заговорил:
[Тот ребенок силен не только поэтому.]
Намгун Мён произнес это своим характерным холодным тоном.
[Раз уж рядом с сыном монстра находится еще больший монстр, он неизбежно станет сильнее.]
Почувствовав нечто в голосе Намгун Мёна, Намгун Хён невольно сделал странное выражение лица.
Похоже, он догадывался, о чем идет речь.
— Ты ведь всё равно не расскажешь мне об этом, верно?
В тот день, когда приходил Соёмра.
Намгун Хён был поражен тем, что Соёмра мог слышать голос Намгун Мёна.
Ведь до сих пор никто, кроме него, не был способен на такое.
Проблема была в том, что, судя по словам Намгун Мёна, у Соёмры тоже было нечто подобное, однако Намгун Хён не слышал голосов других людей.
Более того.
[Это разговор не для твоих ушей.]
Намгун Мён уклонялся от обсуждения того дня.
Его реакция была такой, словно он не хотел, чтобы Намгун Хён об этом знал.
На эту реакцию Намгун Хён ответил раздраженным голосом:
— В таком случае, могли бы хотя бы скрыть эмоции в голосе. Вы действуете мне на нервы.
[…]
Стыд.
В голосе Намгун Мёна, избегавшего разговора, чувствовался необъяснимый стыд.
Это было первое подобное странное ощущение от Намгун Мёна, который всегда казался холодным, но уверенным в себе.
— Не понимаю, чего вы так смутились, что голову поднять не можете.
[Кто это смутился?]
— Вы сейчас именно это и делаете. Выглядите пришибленным, как человек, которого поймали на воровстве.
[…Замолчи.]
Раз он не отрицает, значит, его это явно задело.
Намгун Хён хотел бы докопаться до истины, но сдержался.
В конце концов, он уже вызвал того, кого можно было расспросить, даже не обращаясь к Намгун Мёну.
В этот момент.
У-у-ун!
Как и ожидалось, чуть поодаль чувства Намгун Хёна уловили чье-то присутствие.
Судя по высокой скорости, это был мастер боевых искусств, и один из них принадлежал Ухёку.
Однако.
«Трое?»
Помимо Ухёка, ощущалось присутствие еще двоих.
Казалось, более мощное присутствие принадлежало Соёмре.
А кто же третий?
В тот момент, когда Намгун Хён, чтобы проверить это, усилил восприятие Ки.
Дзз-з!
— …!
Тело пронзило резкое покалывание.
Намгун Хён не мог не узнать эту энергию.
Прошло несколько секунд.
— Учитель.
Вдалеке появился Ухёк, легко приземлившись на землю.
На спине он притащил какого-то зверя, и с первого взгляда было ясно — это дикий кабан.
Видимо, принес его, чтобы отдать ему, в любом случае, забавный малый.
Намгун Хён на мгновение осмотрел кабана, а затем его взгляд устремился в сторону.
Молодой человек с суровым лицом — это был Соёмра, которого он видел в прошлый раз.
А рядом с ним…
Такие же белоснежные волосы и те же глаза, что у него самого.
Белая, нежная кожа и прекрасные черты лица.
— …Понятно.
Глядя на это, Намгун Хён сразу понял, кто она такая.
— Ты моя племянница.
Вероятно, дочь его сводного брата.
И, должно быть, та самая личность, которую называют «Фениксом Меча» и которая помолвлена с Соёмрой, стоящим рядом.
Наблюдая за ней, Намгун Хён поднялся на ноги.
Намгун Би-а, в свою очередь, при виде Намгун Хёна слегка расширила глаза.
— …?
— Похоже, старший брат хорошо воспитал своих детей. Твой настрой остр.
— …Старший брат…?
На слова Намгун Хёна Намгун Би-а склонила голову набок.
При виде этого Намгун Хён усмехнулся.
Он понял, что в семье о нем ничего не рассказывали.
Поистине, здесь всё осталось по-прежнему.
И все же, поскольку к Намгун Би-а у него не было неприязни, Намгун Хён смог улыбнуться.
— Не думаю, что нам стоит обмениваться любезностями… Я…
В тот момент, когда Намгун Хён собирался представиться, раздался голос:
[Потомок.]
Это был голос Намгун Мёна.
«Старик?»
[Обнажи меч.]
«Хм? Что это значит…?»
С-с-с.
«Что…?»
Одновременно со словами Намгун Мёна рука Намгун Хёна пришла в движение.
Это была не воля Намгун Хёна.
Это было опасно.
Рука, потянувшаяся к мечу, не колебалась, и если бы он выхватил его и взмахнул в сторону Намгун Би-а, могла пролиться кровь.
Намгун Хён попытался применить силу, чтобы во что бы то ни стало сдержаться.
Клац-.
— …!
Меч не выходил из ножен. Хотя он явно пытался его вытянуть.
Намгун Хён не останавливался. Он сам был поражен происходящим.
Причина, по которой меч не выходил из ножен, была проста.
Кто-то мягко надавил на рукоять, чтобы меч не мог быть извлечен.
Именно поэтому Намгун Хён был в шоке.
Это означало, что до тех пор, пока этот человек не подошел вплотную, Намгун Хён ничего не замечал.
А то, что он заблокировал меч еще до того, как его вытащили, означало, что он подошел, уже зная, что Намгун Хён собирается это сделать.
Поняв это, Намгун Хён посмотрел на противника глазами, расширенными, как плошки.
И он не мог не удивиться.
Глядя в глаза того, кто остановил его выпад, он вспомнил чье-то лицо.
— …Сейчас.
Голос вонзился в уши.
Казалось, он с трудом сдерживает гнев. Или же насильно подавляет жажду убийства.
— Что ты пытался сделать?
Глаза, наполненные жаром, но почему-то отливающие синевой.
В этот момент Соёмра, вылитый копия красноволосого мужчины, медленно накалял атмосферу, глядя на Муданского отшельника.
Комментариев 1