Глава 109. Одержимость танцем? •
Когда Гэвис достал из панели фиолетовый диковинный плод и заткнул себе нос ватой, он с удивлением обнаружил, что три птички, которых он привязал к ветке, пришли в невероятное возбуждение. Только что они ещё пытались улететь вглубь леса, а теперь все повернули головы и полетели к нему.
Точнее, они летели к диковинному плоду в его руке, но из-за верёвки, как бы они ни трепыхались, не могли приблизиться ни на сантиметр.
— Не торопитесь, не торопитесь, всем птичкам достанется!
Действия трёх птичек не ускользнули от взгляда Гэвиса, и он задумался: «Неужели эта штука предназначена для животных?» Впрочем, так было даже лучше, ему не придётся насильно кормить их по одной.
Гэвис достал заранее приготовленный маленький нож и принялся резать фиолетовый диковинный плод. В тот момент, когда Гэвис разрезал фиолетовый диковинный плод, из него потёк сок, и тут же Гэвис, несмотря на заткнутый нос, почувствовал резкий неприятный запах, который был просто невыносим. А вот те три птички затрепыхались ещё сильнее.
«Хорошо, что я проявил предусмотрительность и заткнул нос ватой, иначе сегодня меня бы точно стошнило».
Режа, Гэвис одновременно восхищался своей сообразительностью. Через некоторое время Гэвис отрезал от диковинного плода три кусочка мякоти, каждый размером с кукурузное зерно. Неудивительно, что Гэвис был таким скупым, ведь такой кусочек размером с кукурузное зерно стоил одну золотую монету. Если бы не необходимость проверить, ядовит ли он, Гэвис бы и такой маленький кусочек пожалел.
Отрезав мякоть, Гэвис поспешно снова убрал диковинный плод, а затем схватил одну из трепыхавшихся птичек.
— Давай, ты первая ешь. Вы тоже не торопитесь, всем птичкам достанется.
Сказав это, Гэвис поднёс один из кусочков диковинного плода к птичке в руке. Было видно, как птичка тут же схватила диковинный плод из рук Гэвиса и клюнула его. Лишь запрокинув голову, птичка полностью проглотила диковинный плод размером с кукурузное зерно.
То, что птичка так охотно сотрудничала, избавило Гэвиса от многих усилий. Затем он проделал то же самое с двумя другими птичками, накормив каждую кусочком диковинного плода.
— Фух, наконец-то всё. Надеюсь, будут хорошие новости.
Закончив всё, Гэвис хлопнул в ладоши, отошёл в сторону и принялся внимательно наблюдать за реакцией трёх птичек.
Гэвису не пришлось долго ждать. Через некоторое время первая птичка, съевшая фиолетовый диковинный плод, начала вести себя странно.
Птица, которая после еды успокоилась и перестала трепыхаться, вдруг начала сильно дрожать всем телом. Её лапки и крылья непроизвольно двигались, словно она танцевала диско, причём довольно ритмично. Пока тело дёргалось, её глаза беспорядочно вращались. Это продолжалось более тридцати секунд.
Гэвис смотрел на птицу, ничего не понимая.
«Неужели этот фиолетовый диковинный плод превращает людей в богов танца? Или животных? Да не должно быть…»
Бах!
Пока Гэвис ломал голову, птица, только что весело танцевавшая, без всяких признаков взорвалась на месте. Да, именно так — танцевала, танцевала и взорвалась. Это изрядно напугало Гэвиса, и он поспешно отступил.
«Вот чёрт! Что происходит?»
В момент взрыва птицы Гэвис спрятался за ближайшим деревцем, избежав участи быть забрызганным её останками. Сердце всё ещё колотилось от пережитого; он решил, что предварительный эксперимент был правильным решением.
«Хорошо, что я сообразил. Если бы я съел это и вот так же, танцуя, взорвался на месте, какая была бы печальная участь!»
Наконец оправившись от удивления, вызванного взрывом птицы, Гэвис поспешно посмотрел на двух других.
Те, очевидно, пострадали от взрыва: только что сидевшие тихо, они снова начали трепыхаться и беспорядочно метаться в воздухе. Однако из-за верёвок улететь они не могли и лишь бессильно дёргали веточки, к которым были привязаны, болтаясь в воздухе.
Бах!
Раздался ещё один глухой хлопок — вторая птичка тоже взорвалась. Летела-летела и взорвалась.
— Грех какой. Братцы-птички, я и не думал, что так получится. Не вините меня, я-то надеялся, что это ваш счастливый случай!
Уже две птицы взорвались. Третья, напуганная происходящим, окончательно обезумела. Эта птица изначально была самой крупной из трёх, размером с земного лебедя. От её отчаянных рывков ветка наконец не выдержала и с треском сломалась. Последняя птица взмыла с ней в небо.
Бах!
Но хотя птица и освободилась от пут, съев диковинный плод, она не смогла избежать взрыва. Как раз когда она почти достигла верхушек деревьев, её разнесло на мелкие кусочки.
«Хм, похоже, это пока есть нельзя. Может, мне зайти поглубже и попробовать на животном покрупнее?»
Печальная участь трёх птиц отбила у Гэвиса всякое желание, зажав нос, глотать фиолетовый диковинный плод. Он решил зайти подальше в лес и поймать для эксперимента животное покрупнее.
Гэвис предположил, что птицы взорвались потому, что не смогли выдержать силу диковинного плода. Иначе, почему они так беспричинно взорвались после смерти? Это же не динамит.
— А? Что это?
Только Гэвис поднялся, собираясь идти дальше в лес, как оттуда донёсся шорох. Очевидно, кто-то продирался сквозь заросли в его сторону.
Гэвис не осмелился мешкать, быстро выхватил из-за пояса длинный меч и сосредоточенно уставился в ту сторону, откуда доносился звук. Хотя здесь в основном обитали дикие звери, после встречи со штормовым волком Гэвис не смел терять бдительности.
Ш-ш-ш…
Пока Гэвис настороженно ждал, нечто в зарослях приближалось всё ближе, заставляя качаться из стороны в сторону невысокие деревья впереди. Было очевидно, что это существо целенаправленно двигалось в сторону Гэвиса.
Всё ближе… всё ближе…
Хруст!
Наконец, перед Гэвисом появилась высокая фигура.
«А, это всего лишь лошадь».
Перед взором Гэвиса предстала совершенно белая, высокая лошадь. Он тут же вздохнул с облегчением: ведь даже столкновение с самым низкоуровневым магическим зверем для него одного обернулось бы тяжёлой битвой.
Однако едва Гэвис немного расслабился, как заметил, что голова этой белоснежной «лошади» отличается от обычной. На макушке этой высокой белой лошади рос длинный светло-голубой рог.
«Постойте-ка… Почему у этой лошади на голове рог? Тс-с! Магический зверь! Единорог?»
Гэвис тут же нашёл в памяти информацию, соответствующую этой рогатой лошади.
Единорог, низкоуровневый магический зверь, очень редкий. Телом похож на лошадь, на голове рог. Чрезвычайно свирепый магический зверь, из-за своей уникальной внешности пользуется большой популярностью у аристократов. Все аристократы мечтают поймать единорога в качестве скакуна, но это практически никому не удаётся, потому что единороги свирепы и упрямы. Если только рыцарь золотой сферы не усмирит его, не причинив вреда, единорог будет сражаться до самой смерти.
Единственный единорог в герцогстве находился в столице и был скакуном короля Лоуренса.
«Чёрт побери, не смотри на меня! Что ты здесь делаешь, почему не сидишь в глубине леса?»
Только что успокоившееся сердце Гэвиса снова подскочило к горлу. Единороги этого мира, хоть и назывались так же, как земные, не имели крыльев, но их боевая мощь была выдающейся, они считались одними из сильнейших среди низкоуровневых магических зверей. Гэвису пришлось немало потрудиться даже со старым и немощным штормовым волком, что уж говорить о молодом и сильном единороге перед ним.
Однако Гэвиса немного обнадёживало то, что единорог не напал на него сразу же, а лишь пристально смотрел на него, при этом постоянно что-то вынюхивая.
«Неужели это из-за фиолетового диковинного плода?»
Увидев поведение единорога, Гэвис мгновенно вспомнил поведение тех трёх птиц. Возможно, этого единорога тоже привлёк запах фиолетового диковинного плода.